Шариков не было. Командир сказал об этом сразу же, как только Гусев умолк. И что слоников тоже нет. Кроме -- он достал из нагрудного кармана и торжественно поставил, можно даже сказать, водрузил фигурку на середину стола -- одного. Да и того нашли случайно. Видно, потерял кто-то.
Осторожно взяв слоника, Кощей повертел его в руках и со вздохом ("С тяжёлым!") убрал за пазуху - для чего-нибудь серьёзного этого явно было мало. Потом посмотрел на Командира и спросил:
- Колычев, а если мы сделаем так?..
Идея князя состояла в том, чтобы не протыкать в боевых порядках противника сквозной проход, а сделать выемку. Ночью. В темноте. И ввести в неё "пешцев", чтобы те заняли позиции на флангах. Для начала. А утром, как рассветёт...
Не договорив, князь поднял глаза от карты, по которой водил пальцем, объясняя замысел, и посмотрел на полковника. Тот какое-то время что-то прикидывал в уме, потом спросил:
- На те же самые полторы тысячи твоих шагов в ширину и три тысячи в глубину?
- Так, - кивнул Кощей.
- А... в каком месте?
- А где скажешь, - хмыкнул князь.
Задав ещё пару уточняющих вопросов, командир отпустил напарников отдыхать, а сам быстро собрался и уехал. Как понял Сергей, предлагать воеводам возможность выбраться из той задницы, в которую они влезли...
Устроившись на завалинке с кружкой того самого чая, заваренного лично старшиной Нечипоренко, Гусев перебирал в уме детали последнего выхода в поисках ошибок и недочётов. Ну, то есть теперь перебирал. А до этого предавался -- стыдно сказать! - пустым рассуждениям о том, что баня, пусть и не настоящая, намного лучше, чем такое достижение человеческого разума, как ванна. Потому что баня, хоть и собранная из палаток и железной печурки, здесь, можно сказать, под боком. Да. А ванна -- она где-то там. Ну и толку с неё, получается? А?.. Вот то-то!..
Скорее по привычке, чем по необходимости, проверив ещё раз все обстоятельства и действия и не обнаружив ошибок, Сергей улыбнулся и, открыв глаза, посмотрел на сидевшего справа напарника. Тот почувствовал взгляд и, не поворачивая головы, ехидно поинтересовался:
- Гусев, а ты отчёт написал?
Майор, собравшийся отхлебнуть чайку, так и застыл с поднесённой ко рту кружкой. Однако быстро пришёл в себя и, всё же сделав глоток, не менее ехидно сообщил:
- А я не знаю, что писать! - и довольно ухмыльнулся во все свои тридцать-сколько-там зуба, когда Кощей с удивлением посмотрел на него. - Нет, серьёзно! - Сергей сделал ещё глоток и поставил кружку рядом с собой. Чай всем был хорош, но только несладкий. И даже мёд уже кончился. Правда, у напарника наверняка шоколадка заначена, но просить не хотелось. Сам князь шоколад не ел -- он вообще к лакомствам, не считая мёда, был равнодушен -- а вот окружающих женщин угощал. Причём не тех, что при штабах задами крутили да сиськами трясли, а которые вроде зенитчиц. Ну, или санинструкторш. И, наверное, детей бы тоже угощал, но они просто пока не встречались...
- Ну, значит, сейчас узнаешь, - хмыкнул Кощей, отворачиваясь и прикрывая глаза.
Гусев насторожился. Вроде бы мотор гудел. Или показалось? Хотя нет, точно мотор. Причём приближается. Интересно, как напарник ухитрился определить, что это именно Командир едет? По звуку? А если Командир, то?..
Сергей оглядел себя: после помывки он так и не удосужился одеться, ходил в кальсонах и нижней рубахе, босиком. Правда, в фуражке, но...
Но с другой стороны -- была команда отдыхать! Которую майор Гусев, будучи дисциплинированным сотрудником государственной безопасности, выполняет... э-э-э... тщательно и со всем старанием? Нет?
Мотор загудел тише, потом опять набрал обороты и стал удаляться, а через полминуты из-за угла показался и Командир. Махнул рукой попытавшемуся встать Гусеву -- сиди, мол, - и сам, подойдя, опустился на завалинку рядом с князем.
Сергей "принюхался": от любимого начальства тянуло усталостью, удовлетворением, раздражением (несильным) и желанием посидеть спокойно, чтобы не трогали. Получалось, что предложение князя Иван Петрович всё же протолкнул. Хотя и не без боя. То есть у них с Кощеем сегодня и завтра, а может, и послезавтра тоже, если ничего не случится, будет отдых. Потому что раньше войска подготовиться не успеют...
После обеда Командир опять собрал Кощея с Гусевым на... "военный совет", на котором объявил, что командование Южного фронта приняло решение нанести отсекающий удар по южному клину противника. При этом он так выразительно посмотрел на князя, что находись в "кабинете" кто посторонний, он бы без всяких подсказок понял, кому принадлежит идея этой операции. Затем Командир указал на карте три предполагаемых участка, на которых удары, по мнению командования фронтом, окажутся наиболее действенными, и предложил высказываться.