— Скворцов Константин Сергеевич.
— Откуда родом?
— Из Польши.
На этом допрос прекратился, помешало новое действующее лицо — мой охранник. Видно он сразу заметил неладное, кое-как нацепил на себя броню и теперь мчался на помощь, топоча своими сапожищами.
— Это ещё кто такой? — Удивился командир группы. — А ну, стоять, стрелять буду!
Теперь почти все, кроме одного бойца, стали целиться в моего охранника, но нисколько его не смутили. Я мог убить этих ребят, они стояли близко, но не хотел этого делать, они всё же свои, тем более у Юры нагрудник, а они в него и целятся в надежде на то, что смогут пробить. Я был уверен, что не получится, поэтому ждал. Командир ещё несколько раз приказал остановиться, а потом один раз всё же пальнул и на этом стрельба закончилась. Как выяснилось, у бойцов больше не было патронов, только у командира в пистолете и то всего один.
— Врукопашную! — Заорал он.
— Юра, не вздумай их убивать! — Приказал я, не обращая внимания на ошарашенного бойца, который штыком чуть ли не упирался мне в живот. — Просто угомони и всё!
Надолго схватка не затянулась, местные бойцы не привычные к таким противникам. Они не струсили, сопротивлялись отчаянно, несколько раз пытались проткнуть моего охранника штыком, но всё равно потерпели сокрушительное поражение. Юра легко парировал все удары, и это можно было понять, всё же этих бойцов натаскивали на других противников. Он услышал мой приказ и просто оглушал красноармейцев плоской стороной меча.
— Не стоит этого делать, приятель, — посоветовал я охраняющему меня бойцу. — Мы вам не враги, ничего плохого не замышляем.
Парень оказался совсем молодым, где-то восемнадцать или девятнадцать лет. В отличие от нас они выглядели намного хуже, грязные, хоть и видно, что пытались привести одежду в порядок, небритые и усталые. Как мне кажется, пришли они незадолго до нашего прибытия и решили немного отдохнуть.
— Вы кто, б…ть, такие? — Командир отряда прижимал ко лбу ладонь, мой охранник сильно его приложил.
— Мы люди, — я присел около него, — и вам точно не враги и не шпионы. Что тут узнавать, сколько домов в деревне? Сам виноват, что всё так произошло, нечего было в меня оружием тыкать. Я тебе буду вопросы задавать, а ты отвечай, не переживай, военные тайны выведывать не собираюсь. Итак, где мы находимся?
— Ты что, совсем дурак? — Командир, похоже, на самом деле искренне удивился.
— Господин, может, отрубить ему руку? — Тут же уточнил Юра, перехватывая меч поудобнее. — Чтобы следил за своей поганой пастью.
— Меня зовут Костя, Костя, ослиная твоя голова! — Рыкнул я, а вояка тут же нахмурился, слово «господин» подействовало на него как красная тряпка на быка. — А ты что уставился, отвечай на вопрос!
— Белорусская Советская Социалистическая Республика, — пожал плечами мужчина. Судя по всему, он вообще не соображал, что тут происходит.
— А число сегодня какое? — Задал я новый вопрос в надежде на то, что он скажет и год. И мужчина не подвёл.
— Двадцать седьмое июня. Если и год не знаете, то сорок первый.
— Твою ж мать, — выругался я. — Так и знал.
— А вы кто такие? — Не унимался командир. — Куда идёте? Вы не похожи на шпионов.
— А ты уже много шпионов видел? — Усмехнулся я. — Иди, воюй, умник! Юра, чувствую, пожрать нам здесь не дадут, пойдём отсюда.
Мы спокойно вышли из деревни, да и что они могли нам сделать без патронов. А связываться с моим охранником плохая затея, к тому же все солдаты были сильно измождены. Мы снова углубились в лес и я уселся на поваленное дерево, чтобы немного подумать, было о чём. Все мои подозрения подтвердились, мы не в моём времени. Уж не знаю, как так получилось, но магия творит чудеса. В прошлом мире на разное насмотрелся, не особо был удивлён.
Плохо, конечно, но я почти не помнил историю и не знал толком, что сейчас происходит на фронте. Вроде бы в июне началась битва за Минск, которую наши войска проиграют, потом фашистская армия пойдёт дальше до самой Москвы, где будет остановлена. А вся эта территория на долгое время будет под оккупантами. Теперь ещё местные знают о необычной парочке, блуждающей в лесу. Впрочем, меня это мало беспокоило, ну появились два непонятных человека и что из этого, им сейчас не до нас.
Можно попробовать перейти через линию фронта, но что мне это даст? Написать письмо Сталину? Так это глупо, я даже не знаю каких-то особых дат. Разве только когда началась Сталинградская битва и осада Ленинграда. Но и эти даты примерные, и ещё то, что там погибнет много гражданского населения, в том числе детей, потому что их не успеют вывезти. Меня просто не пропустят, и если немцы не поймают первыми, то запросто свои пристрелят. У наших отступление, ловят шпионов, такую пару точно не обделят вниманием, могут и под расстрел подвести. С другой стороны, а вдруг это всё неправда, что позже разные граждане рассказывали, и при малейшем подозрении сразу не расстреливали.