-- Но вы ведь не пошлете его одного, мастер? - воскликнул Сэм, неспособный больше сдерживаться, выскакивая из угла, где он спокойно сидел на полу.
-- Конечно, нет! - с улыбкой поворачиваясь к нему, сказал Элронд. - Вы пойдете с ним. Трудно представить себе вас разлученными, даже когда его приглашают на тайный Совет, а вас нет.
Сэм, покраснев, сел.
-- В хорошенькую же историю мы попали, мастер Фродо, сказал он, покачивая головой.
Глава iii
КОЛЬЦО ОТПРАВЛЯЕТСЯ НА ЮГ
Позже в тот же день хоббиты устроили собственный совет в комнате Бильбо. Мерри и Пиппин возмутились, услышав, что Сэм пробрался на Совет и был избран товарищем Фродо.
-- Это нехорошо, - заявил Пиппин. - Вместо того, чтобы вытолкать его и заковать в цепи, Элронд н а г р а ж д а е т его за этот поступок!
-- Награждает! - сказал Фродо. - Не могу представить себе более суровое наказание. Ты не думаешь, о чем говоришь: осудить на участие в этом безнадежном путешествии - награда? Вчера мне снилось, что моя задача выполнена и я могу отдохнуть здесь.
-- Я тоже хочу, чтобы ты отдохнул, - сказал Мерри. - Но мы завидуем не тебе, а Сэму. Если ты уйдешь, для нас будет наказанием остаться, даже в Раздоле. Мы проделали с тобой немалый путь и преодолели немало препятствий. Мы хотим идти и дальше.
-- Именно это и я хотел сказать, - добавил Пиппин. Мы, хоббиты, должны держаться вместе. Я пойду с тобой, если только они не закуют меня. Должен же хоть кто-то в отряде обладать разумом.
-- В таком случае тебя не следует избирать, Перегрин Тук, - сказал Гэндальф, заглядывая в окно, расположенное у самой земли. - Но вы все зря беспокоитесь. Еще ничего не решено.
-- Ничего не решено! - воскликнул Пиппин. - Что же вы все делаете? Запираетесь на целые часы...
-- Разговариваем, - сказал Бильбо. - И у всех широко
210
раскрываются глаза, даже у старого Гэндальфа. Я думаю, что известие Леголаса о побеге Голлума поразило даже его.
-- Ошибаешься, - сказал Гэндальф. - Ты сам невнимателен. Я уже слышал об этом от самого Гвайхира. Если хочешь знать, единственное, что действительно заставило всех раскрыть глаза, это ты и Фродо. И я был единственный, кто не удивился.
-- Ну, ладно, - сказал Бильбо, - ничего не решено, кроме выбора бедного Фродо и Сэма. Я все время боялся, что дело дойдет до этого. Но я знаю, что Элронд разослал множество разведчиков. Они уже выступили, Гэндальф?
-- Да, - ответил маг. - Некоторые разведчики уже в пути. Остальные выйдут завтра. Элронд посылает эльфов, те установят связь со Скитальцами и, может быть, с народом Трандуила в Чернолесье. А Арагорн выступил вместе с сыновьями Элронда. Мы обыщем всю местность на много лиг вокруг, прежде чем сделаем хоть одно движение. Подбодрись, Фродо! Ты, вероятно, еще долго пробудешь здесь.
-- Ах! - уныло сказал Сэм. - Так мы дождемся прихода зимы.
-- Этому не поможешь, - сказал Бильбо. - Частично, это твоя вина, Фродо, сын мой: ты настаивал на том, чтобы ждать моего дня рождения. Ничего себе, хороший способ отметить его! Именно в этот день пустить в Торбу-на-Круче Саквиль-Бэггинсов. Но ничего не поделаешь. Ты не можешь здесь ждать весны и нельзя выступать, пока не получены сообщения разведчиков.
Когда начинает кусаться зима
И листья последние ветер срывает,
Когда над землей воцаряется тьма,
Кто в землях далеких - покоя не знает.
Но боюсь, такова ваша участь.
-- Да, это так, - сказал Гэндальф. - Мы не можем выступить, пока не узнаем, что случилось с Всадниками.
-- Я думал, что они все погибли в наводнении, - заметил Мерри.
-- Духов Кольца невозможно уничтожить, - ответил Гэндальф. - В них сила их хозяина, и они остаются или погибают вместе с ним. Мы надеемся, что они лишились лошадей и своей формы, поэтому стали менее опасными - но мы должны точно установить это. Тем временем ты должен постараться забыть свои неприятности, Фродо. Не знаю, смогу ли я чем-нибудь помочь тебе, но попытаюсь шепнуть тебе на ухо. Тут кое-кто говорил, что хоть у кого-нибудь в отряде должен быть разум. Он был прав. Я думаю, что смогу отправиться с вами.
При этом известии радость Фродо была так велика, что Гэндальф слез с подоконника на котором сидел, снял шляпу и поклонился.
-- Я лишь сказал: "я думаю, что смогу пойти." Пока еще ни на что не рассчитывай. В этом деле решающее слово принадлежит Элронду и вашему другу Бродяжнику. Кстати, я должен увидеть Элронда, я вовремя это вспомнил. Мне придется уйти.
-- Как вы думаете, долго ли я еще буду здесь? - спросил Фродо у Бильбо, когда Гэндальф ушел.
-- О, не знаю. Я не могу считать дни в Раздоле, - сказал Бильбо. - Но думаю, достаточно долго. Мы еще сможем поговорить. Не хочешь ли помочь мне закончить мою книгу и начать следующую? Ты думал о ее конце?
211
-- Да, я придумал несколько, но все они темны и неприятны, - ответил Фродо.
-- О, этого не нужно делать! - сказал Бильбо. - Книги должны иметь хороший конец. Как тебе понравится это: о н и п о с е л и л и с ь в м е с т е и ж и л и д о л г о и с ч а с т л и в о?
-- Было бы хорошо, если только это случилось бы, - ответил Фродо.
-- Ах! - сказал Сэм. - А где же они жили? Вот что я хотел бы знать!
Некоторое время хоббиты продолжали говорить и думать о своем недавнем путешествии и об опасностях, что ждут впереди, но таково было свойство Раздола, что вскоре все страхи и беспокойства покинули их. Будущее, плохое или хорошее, не было забыто, но как бы потеряло власть над настоящим. В них укреплялись силы и надежда, они были довольны каждым днем, наслаждались каждым обедом, каждым разговором и каждой песней.
Так пролетели дни, и каждое утро было ярким и прекрасным, а каждый вечер - прохладным и ясным. Но осень быстро проходила, золотой свет медленно сменялся бледным серебром, последние листья спадали с обнаженных ветвей. С Туманных Гор подул холодный ветер. Луна прибывала, пока не повисла диском в ночном небе, затмевая звезды. Но низко на юге краснела одна звезда. С каждой ночью, по мере того как Луна вновь начала убывать, свет красной звезды разгорался все ярче. Фродо видел ее из своего окна: она сверкала, как внимательный глаз, который сквозь деревья смотрит на лесистую равнину.
Хоббиты уже два месяца пробыли в доме Элронда, прошел ноябрь с последними днями осени, проходил декабрь, когда начали возвращаться разведчики. Некоторые уходили на север к истокам Седоключицы в болота Эттена; другие отправялись на запад и с помощью Арагорна и Скитальцев обыскали землю за Грейфлудом и Тарбадом, где Старый Северный Тракт пересекает реку у разрушенного города. Многие пошли на восток и юг; некоторые из них пересекли горы и проникли в Чернолесье, в то время как другие прошли по тропе к истокам реки Радости и таким образом в Дикие Земли по полям Радости добрались до старого дома Радагаста в Росгобеле. Радагаста там не было, и они вернулись по высокогорному переходу, который назывался Лестницей Димирилла. Сыновья Элронда Элладан и Элогир вернулись последними. Они предприняли далекое путешествие, пройдя вниз по течению Сильверлоуд в странную местность, но о своем поручении они не говорили никому, кроме Элронда.
Разведчики не обнаружили ни Всадников, ни других слуг Саурона нигде. Даже орлы Туманных Гор не сообщили никаких свежих новостей. Ничего не было слышно о Горлуме, но дикие волки по-прежнему собирались стаями и охотились по берегам Великой Реки. Были найдены три потонувшие черные лошади недалеко от Брода, ниже по течению на скалах порогов нашли тела еще пяти лошадей, а также длинный черный плащ весь изорванный. От самих Черных Всадников не было видно ни следа, и нигде не чувствовалось их присутствие. Казалось, они исчезли с севера.
-- По крайней мере восемь из девяти на время можно сбросить со счета, - сказал Гэндальф. - Было бы опрометчиво слишком успокаиваться, но я думаю, мы можем надеяться, что Духи Кольца рассеяны и вынуждены вернуться к своему хозяину в Мордор, пустые и бесяорменные.
212
Если это так, то пройдет какое-то время прежде чем они снова смогут начать охоту. Конечно, у Врага есть и другие слуги, но и они вынуждены будут вначале добраться до Раздола, чтобы здесь взять наш след. И если мы будем осторожны, им придется не очень легко. Но больше откладывать отВезд нельзя.