— В том-то и искусство следственной работы, чтобы уметь отличить правду от лжи, честного человека — от негодяя, — сказал Земцев. — И, по-моему, Конюкин с этим плохо стал справляться, у него есть что-то от старых, отживших свой век методов ведения следствия. Поработал он много, и за это ему спасибо. К тому же и пенсия у него хорошая. Можно и на отдых, либо полегче что-нибудь…
— Вполне согласен и думаю, что лейтенант Чалый — подходящая кандидатура на должность начальника уголовного розыска.
— Вот и договорились.
В кабинет вошла секретарь.
— Там хотят к вам, Григорий Илларионович, комсомольцы с шахты «Холодная балка».
— Они опять здесь? — удивился Земцев. — Пригласите, Татьяна Михайловна.
В кабинет, спеша и толкаясь, зашли во второй раз Люся, Сергей, Леня и Виталий.
— Могу вам сообщить радостную весть: дано указание освободить вашего товарища Несветова, он задержан ошибочно, — вставая, сказал Земцев.
— Я ж говорил! — воскликнул Леня.
— Поздравляю вас, товарищи, Несветов не попал в цепкие руки Быньди только благодаря вам.
Шинов смотрел на взволнованного прокурора, а на лице его блуждала одобряющая веселая улыбка.
— Хотя милиция и дала маху на сей раз, — сказал он, — но… я тоже поздравляю вас с благополучным исходом. И вашу художественную самодеятельность посмотреть приедем вместе с прокурором, если он не против.
— Обязательно приедем!.. Ну, а теперь, товарищи, поспешите в милицию, а то Несветов уедет на шахту без вас.
— За мной! — скомандовал Леня, и все устремились на улицу.
Зазвонил телефон. Земцев снял трубку.
— Слушаю. Сумка и маски опознаны?.. И еще кое-что… Зав расчетным отделом. Я скоро приду в милицию. Действуй, Федя! — крикнул в трубку Земцев. — Это следователь Федор Кириллович звонил от вас. Понимаете, Матвеев и Сопронкии опознали хозяйственную сумку и маски, найденные в посадке. Значит, есть какая-то связь между этой сумкой и бандитским налетом на кассу. Но как попала сумка в посадку?
— Ее мог унести тот третий, который сбежал, — высказал предположение Шинов.
— Безусловно, мог, — задумался Земцев. — И еще, Сопронкин проговорился о каком-то зав расчетным отделом…
— Знаю. Это Носик. Он навел на цель Быньдю и завез деньги на шахту… Но это только версия, ее надо доказать, товарищ прокурор.
— Докажем, — уверенно сказал Земцев. — И не методом Конюкина, а следственным путем.
От прокуратуры до городского отделения милиции нормального ходу было минут десять. Но ребята этот путь проделали в два раза быстрее. Они спешили, чтобы скорее встретить Виктора. Леня был все время впереди и никак не мог успокоиться.
— Вот это настоящий прокурор! Справедливый! — восклицал он.
На широкой цементной площадке высокого крыльца, ведущего в здание милиции, их встретили Маша Литовская и Олег Скульский.
— И вы здесь, молодежь, — воскликнул, словно со сцены, Скульский.
— Маша, зачем ты приехала? — удивилась Люся. — На допрос?
— Ну, что ты, Люсенька, как же я могла не приехать? У тебя ведь горе, а ты одна. Я как сменилась с работы — бегом на автобус и сюда. Смотрю: Олег здесь, а вас нет.
— Значит, тебя, Маша, только подруга интересует, а мы? — придрался Леня. — А Виктор?
— Ну, конечно, все вы…
— А больше всех кто?
— Леня, о чем ты?
— Да, что ты имеешь в виду? — спросил Леню Виталий.
— Я знаю, меня вокруг пальца обвести трудно, ой, как трудно, — хитро прищурился Леня на Машу, а потом на Волохова, стоявшего чуть в стороне
— На что ты намекаешь? — спросила Маша, и круглые щеки ее порозовели еще больше.
— На то, о чем ты думаешь.
— Хватит вам, идем к дежурному, — вмешалась Люся.
— А что тебе там делать? — спросил Скульский, подходя к ней.
— Я пришла встретить Виктора Несветова, — ровным голосом ответила Люся.
— Ого! Чудеса какие-то. Комсомольцы встречают босяка. Сенсация. Ха-ха-ха, — искусственно рассмеялся Скульский.
— Это кто босяк, а?.. — сдвинул мохнатые брови Волохов и сделал два шага к Скульскому.
Тот оборвал сухой смех.
— Ваш Несветов, с которым вы изволили нянчиться…
— Откуда ты знаешь?
— Сам видел, как он на грабеж шел. И, как честный гражданин, рассказал об этом на допросе.
— Эх, ты, гражданин, — презрительно бросил Волохов, отошел на край площадки и сплюнул вниз.
— Люся, тебе здесь делать нечего. Пойдем со мной, поговорим, — заявил Олег.