— Эй, я один здесь сплю — парень толкнул зверя рукой, но тот даже не шевельнулся. Оставив попытки выгнать его с кровати, Эрон заснул.
Во сне Мейсон видел напуганные, молящие о пощаде лица тех, кого он убил. Видел отца, день его похорон. Всё это время за всем этим стояли «Белые волки». Столько людей было убито зря… Норман Грей просто играл им, наблюдал и всё знал. Против такой группы «Вороны» не могут ничего сделать. Эрон чувствовал себя загнанной овцой, что не в силах на что-то повлиять. Он всегда только создаёт проблемы всем: друзьям, Сэму, банде… из-за него теперь чёрных повязок уничтожат. Он был наивным дурачком, считавшим, что может сделать что-то полезное. Но всё уже расписано давно за него. «Белые волки» пустили корни в этот город, и он никак не сможет это исправить. Да что там исправить, хотя бы защитить свою группу. Вновь вспомнились слова Тодда:
— Ты сдохнешь так же, как они… таким как ты и я — отбросам без денег и статуса нет места в этом обществе. Твой лучший удел — это сдохнуть где-нибудь на улице!
И это правда, глупо было пытаться что-то изменить, всё стало только хуже. Теперь он подставил под удар своих людей. Думал, что война закончилась, и он наконец может отдохнуть. Но теперь понятно, что всё ещё в переди; самый главный противник им не по зубам. В памяти всплыли мёртвые тела его бойцов, кровь, в которой отражалось напуганное лицо Эрона. Лучше было бы умереть тогда вместе с ними. Никакой он не лидер, он ничтожество.
Проснулся, если вообще можно назвать это сном, Эрон очень рано. На улице ещё темно, часы показывают пол пятого. Подросток поёжился в кровати, потом огляделся: дверь закрыта, волк всё ещё лежит рядом. Спать было больше невозможно, дурные мысли полностью заняли голову, ещё и рука разболелась. Он встал, пошёл в ванную, где продезинфицировал рану и сменил бинт; ощущения не из приятных, при обработке и даже после жутко щипало; Мейсон пытался вести себя тихо, чтобы не разбудить Сэма. Закончив, он вернулся в комнату и оделся; парень собирался немного прогуляться, чтобы освежить мысли. У самой двери мокрый нос упёрся ему в руку, Рем посмотрел на хозяина, а потом на дверь.
— Ладно, идём.
На улице было холодно и темно, лишь высокие фонари освещали улицы, и ни единого человека. Эрон пришёл к старому поваленному домику на берегу реки; подошёл к одинокой могиле.
— Привет, старик. — поздоровался он — Знаешь, мне бы сейчас не помешал твой дурацкий чай. В общем, — парень присел на корточки и потрогал холодную землю — я хотел ещё раз извиниться. Надеюсь, теперь ты встретился со своей женой… Прощай, Вернон.
Старый детский дом теперь совсем опустел; через разбитые стёкла гулял ветер, детские игрушки покрылись пылью, на плите так и осталась кастрюля с недоготовленной едой. Эрон вышел во внутренний двор, перед ним показалась много маленьких могил с деревянными крестами. Он подошёл к одной из них, где висел знакомый браслетик.
— Прости, Вианн. Я так и не сводил тебя в парк аттракционов… — глаза защипало.
Рем подошёл к хозяину и увидел, как по его щекам покатились слёзы.
— Я никого не спас… Они погибли из-за меня. Почему я ещё жив? Лучше бы они остались, а я умер! Они не заслуживали такого!
На улице начало рассветать, стали появляться первые прохожие, которые косо глазели на парня с волком. Эрон видел подростков, идущих в школу. По хорошему, ему тоже надо было туда отправится, но видеть друзей, а тем более учителей желания не было. Он вернулся домой.
— Где ты был? — озадаченно спросил Сэм.
— Вышел воздухом подышать.
— И ничего не сказал? Я же волновался!
— Да ты всегда волнуешься. — подросток фыркнул, повесил куртку и погладил волка — Почему ты ещё не на работе?
— Тебя дожидался. Если хочешь, я сегодня останусь.
— Не нужно, хочу побыть один.
— Эрон, ты в порядке? — Сэм заметил подавленность подростка.
Мейсон застыл посреди комнаты, сжал кулаки и закусил губу, глаза снова стали щипать слёзы.
— Эрон? — забеспокоился мужчина.
— Нет! Нет, я не в порядке! Столько людей погибло из-за меня! Старик, дети, члены банды, а скольких я собственноручно убил из-за каких-то глупых подозрений! Но я ещё жив! Почему эти люди должны были страдать из-за меня?! Они не заслуживали этого! Всё это время мной просто играли! А я, боясь за себя, делал такие вещи! — глаза окончательно намокли и хлынули слёзы — Я доставляют всем только одни проблемы! Теперь вы все под угрозой! — он не мог остановиться, накопленное за весь этот год вырвалось наружу, подросток пытался держать себя в руках, но ничего не выходило, его будто разрывало изнутри — Я чудовище! Почему я ещё жив?! Сэм, я такое делал… Каждую ночь мне снятся их лица! Больше так не могу, я схожу с ума! Адам — он был вообще не виновен; заметил, что со мной что-то не так, а я убил его! Зарезал на крыше, он был моим другом. Тревиса я убил из-за ненависти! Томаса я глупо обвинил в убийствах! Я… — дыхание сбилось — он молил о пощаде, а я отрезал его крестик и бросил в костёр. В последнюю минуту жизни лишил его веры! Ему было так больно, боже… Кейт я застрелил и забрал её базу и её людей! Она просто мешалась мне, хотя была расчётлива и осторожна, она знала, что это большой риск! Но я даже не пытался уговорить её! — Эрона начало трясти, он еле держался на ногах — Сэм, я столько натворил…
Полицейский застыл в шоке, от услышанного он был настолько ошарашен, что сначала не мог пошевелиться. Но потом медленно подошёл к Эрону и положил ему руку на спину.
— Ты делал ужасные вещи, Эрон. — строго произнёс мужчина — Но ты вовсе не чудовище. Монстр бы не стал сожалеть об этом… То, что ты думаешь о них, считаешь это неправильным, вот что отличает тебя от чудовища. Их уже не вернуть, но ты можешь дать слово, что никогда не повторишь этого.
— Никогда — дрожащим голосом произнёс Мейсон. Голова закружилась, по вискам ударила резкая сильная боль.
— Ей, что случилось? — Сэм успел поддержать парня, пока тот не упал на пол.
— Таблетки… — прохрепел он — они в куртке.
Усадив подростка на диван, полицейский обшарил карманы в его куртке и достал баночку с лекарствами.
— Что это?
— Быстрее… — Эрон мигом открыл крышку и жадно заглотил две таблетки.
— Может вызвать врача?
— Не нужно, это пройдёт — он попытался расслабиться и закрыл глаза, дожидаясь действия лекарства, но, внезапно, всё внутри будто начало жечь огнём, к горлу подкатил ком, подросток начал сильно кашлять. Эрон вскочил с дивана и побежал в ванную.
— Эрон! — Сэм был напуган.
Его вырвало, и изо рта выпали таблетки, которые он пытался принять.
— Я вызову скорую! — мужчина потянулся за телефоном, но Мейсон остановил его.
— Не надо, они не помогут — он медленно сполз на пол и тяжело дышал, переодически скалясь от боли. Ситуация безнадёжная: лекарство вызвало привыкание, и без него приступы участились, но теперь сам организм отвергает эти таблетки; круг замкнулся.
— Мне страшно за тебя. — полицейский присел на корточки и посмотрел на подростка — Что происходит?
— Таблетки, они уже не помогают… М-можешь принести воды?
— Конечно, сейчас — Сэм вскочил и отправился на кухню.
В дверях стоял Рем и непонимающе наблюдал за хозяином.
— Не переживай, всё хорошо, мальчик — он протянул руку, зверь подошёл и лизнул человека.
После этого эмоционально срыва, Эрон чувствовал себя опустошённым. Теперь Сэм знал, насколько Мейсон ужасный человек. Подросток понимал, что теперь мужчина если и не сдаст его полиции, то точно будет относиться по-другому… как к убийце, кем он, собственно, и является.
— Ты уверен, что мне не нужно остаться? — обеспокоенный состоянием подростка, спросил Сэм, одеваясь на работу.
— Нет, я в норме.
— Я уже не верю тебе, Эрон… — он тяжело выдохнул — Ладно, возьми мой телефон, если что, сразу звони на рабочий! Понял? А я сегодня заеду в магазин и куплю тебе новый. Из дома ни на шаг.