– Захар… – сжимает мою руку Софья.
– Моя сотрудница. И я не «подарю» ее ему. Но спровоцирую его ею на попытку изнасилования или домогательства, которые прописаны в вашем договоре. Мы сделаем фото. Если будет нужно, Софья потом даст показания. Всё.
Разворачиваюсь к Софье.
– Всё будет хорошо. Я смогу тебя защитить.
Она закрывает глаза, присаживаясь на краешек мата, и прячет в ладони лицо.
Рая садится перед ней на колени.
– Детка… переспи с ним… я тебе ОЧЕНЬ много заплачу. ОЧЕНЬ.
– Рая, всё, тормози! – поднимаю ее за руку. – Не будет она ни с кем спать.
– А как ты себе это представляешь тогда?!
В комнату забегает Бакс, неся в зубах свой поводок. Садится рядом с Софьей, тихо поскуливая, и пытается лизать ей лицо, проходясь языком по рукам.
Поводок…
– Софья… – присаживаюсь я. – Не бойся… Я буду там с тобой…
– В качестве кого ты будешь там, Зак? Как фотограф в углу постоишь, пока он будет ее домогаться?
– Нет… – медленно веду рукой по волосам, откидывая их назад. – Ты нас нарисуешь.
– В смысле?
Поднимаю за подбородок лицо Софьи, прикидывая ей к шее кожаный поводок.
О*уительно горячо!
– Ты нас нарисуешь, Рая… Эротический портрет… Я и два моих питомца на поводках… Бакс и Софья.
* * *
Она сидит в моем большом кресле, стоящим перед диваном, на котором сижу я.
– Софья.
Периодически ее ноги приходят в движение, она хочет их подтянуть выше и прикрыться от меня своими коленками. Но юбка слишком коротка. И она опускает их обратно после каждой инстинктивной попытки. Она не пытается отговорить меня или просить о чем-то. Молчит. И даже не смотрит в глаза.
– Со-фья…
Медленно переводит на меня расфокусированный взгляд.
– Я буду очень близко.
Кивает.
– Ничего запредельного произойти не успеет. Я вмешаюсь.
Кивает.
– Помнишь, что говорил тебе Влад? Побегай от него. Ты можешь сопротивляться и тормозить его словами. Ты не можешь его бить. Он может ударить в ответ. Ты не проявляешь агрессию. Только слабость. Ту девочку он не бил. Только изнасиловал. И у нее не было снято никаких побоев, и его кожи под ногтями не было. Она не сопротивлялась физически. Понимаешь? Софья?
Кивает.
– Кругом будут камеры. Мы поймаем несколько нужных кадров, и я сразу же вмешаюсь. Не бойся. Это минуты две. Отнесись к этому как к роли, как к танцу. Ты же, когда танцуешь, вступаешь в плотный контакт со своими партнерами.
– Только они не насильники и не извращенцы.
– Этого ты знать не можешь. У каждого свои скелеты в шкафу. Некоторые из них вполне могут быть и садистами, и извращенцами, и насильниками. Я могу привести тебе статистику…
Закрывает глаза.
– Я разбиваю твои розовые очки?
– Полные глаза стёкол…
– Надо привыкать смотреть на мир «как он есть». Иначе ты всегда будешь в опасности, расслабляясь в свете своих иллюзий.
– Ничто не случится со мной, чего мне не предназначено пережить.
Думай так. А я буду думать обо всех возможных предохранителях для тебя в этой ситуации. Парочку я уже придумал. Даже три.
– Сопротивляйся в полную силу. Вырывайся, но не бей, не делай ему больно. Понимаешь?
– Мхм… – ее ноги опять пытаются подтянуться выше.
Со вздохом снимаю пиджак, накидываю на ее коленки, которые она сразу подтягивает к груди.
– Сегодня ничего не будет, мы просто его подразним. Покажем тебя. Посмотрим на пространство. Ребята сейчас устанавливают наши камеры. Рая вызвала «электриков», у них дома «что-то с проводкой».
Протягиваю ей несколько листов документов его анамнеза.
– Посмотри. Что скажешь?
Внимательно читает. В процессе начинает оживать.
– Гипертония, атеросклероз… пять месяцев назад была госпитализация в платной клинике с микроинсультом. Вот последние анализы… – протягивает мне бланк. – Стали еще хуже. У него плохой прогноз. В любой момент может быть повторный инсульт. Вот препараты, которые ему прописали, дозировки…
– Мы можем ему что-то подсыпать? Подменить препарат?
– С какой целью?
– Чтобы… не знаю я пока, Софья. На месте буду ориентироваться. Спрашиваю, чтобы иметь в кармане запасные расклады.
– Я подумаю. Но любому препарату нужно длительное воздействие, а если препарат слишком сильный, то в его состоянии может вызвать летальный исход.
– Это было бы выходом. Если бы не было доказуемо.
– Вы хотите его убить?
– Софья… несколько лет назад он избил Раису. Восемнадцать переломов, разрыв кишечника, перитонит… пять месяцев больницы. Это же не просто пара ударов в аффекте. Он методично избивал ее час. Потом вызвал скорую, сказал, что на нее напали грабители.