— Вы говорили, что у вас есть ребенок. Это проблема. Но здесь хватит на няню, репетиторов и прочее.
— Вы так просто об этом говорите. — Лариса даже растерялась. — Обычно работодатели против, больничные и все такое.
— Вы можете сидеть с ним на больничных хоть с завтрашнего дня. — Кристина снова улыбнулась, на этот раз грустно. — Так даже проще, и я зачту это как выполнение вами ваших трудовых обязанностей — про обычную жизнь. Только вот вы не любите своего ребенка. Вы порядочная женщина, выполняете обязанности матери, занимаетесь воспитанием, но я же вижу. Впрочем, я ни в коем случае вас не осуждаю.
Так обидно! Ларисе вдруг резко захотелось уйти. Да, она пошла на собеседование поздно вечером, и поэтому можно было сделать такие выводы. Но так запросто говорить ей, что она плохая мать?! Хотя деньги... Мирон точно ни в чем не будет нуждаться, как и она сама. Можно попробовать. В конце концов месяц ей оплатят. Интересно, деньги заберут, если она выберет стирание памяти?
— Я попробую.
— Хорошо. Завтра приходите после заката с документами и стандартным медосмотром. Ваша должность будет называться «секретарь», в соответствии с табелем о должностях. График обсудим, когда придете. — Девушка протянула ей бегунок. — И хочу пожелать вам крепкого психического здоровья. Что бы ни произошло, доверяйте себе и берегите нервную систему. На этом, пожалуй, закончим. Ночь, как я уже говорила, длинная, и у меня много дел.
Лариса сама не заметила, как выскочила из здания. Теперь уже ее часы показывали без пяти полночь. Они разговаривали так долго?
Телефон весело пиликнул. На баланс пришла небольшая сумма денег с примечанием «на медосмотр». И смайлик в конце.
Ну да, Кристина же знает ее мобильный номер. Женщина пыталась убедить себя, но не выходило. Она знает про ребенка. Про то, что она воспитывает его одна, без помощи, — раз сказала про няню. И кто знает, что еще? На нее определенно собрали досье, раз не задавали никаких вопросов, но это даже не государственная организация.
Она... Лариса потрясла головой, отбрасывая ненужные мысли. Она сводит завтра Мирона в «Макдональдс» вечером. И пройдет медосмотр за один день, а не высиживая очередь в поликлинике. А сын может теперь в садике сказать, что она работает супергероиней.
О том, что пойдет не так, она подумает позже. А прямо сейчас вызовет себе такси, раз автобусы уже не ходят.
Глава 2 Вредный Пряник
На следующий день после заката Лариса уже была в офисе. Вероятно, ее сегодня отчитают: опоздала. Все потому, что маленький паразит Мирон не хотел укладываться спать.
Конечно, Кристина была неправа. Она любила своего ребенка, как и всякая мать. Но Мирон как будто издевался. Хочешь выйти на работу? Вот тебе температура 39 и зеленые сопли. Вот тебе ветрянка, разрисованные обои, драки в саду, старый бездомный блохастый кот, притащенный явочным порядком, лечение которого стоило маминых новых сапог.
Мам, дай, мам, сделай, мам, хочу, мам, мам… И вот Лариса стоит перед дверью ненакрашенная, в той одежде, которая нашлась в шкафу. И испытывает жгучий стыд от того, что даже не прошла медосмотр.
— Заходите уже. Лучше поздно, чем еще позже, — услышала она раздраженный голос Кристины. — И постарайтесь впредь не опаздывать. Если задерживаетесь — предупреждайте заранее.
Лариса зашла, неся перед собой пакет с документами, как щит. Девушка в этот раз была не одна. Рядом с ней вертелся паренек лет девятнадцати. Получив из рук Кристины документы, он тревожно пересчитал их, выхватил у Ларисы паспорт, сунул ей в руки трудовой договор и ушел в соседнюю комнату делать копии.
— Ознакомьтесь, если хотите. Прямо скажу, что здесь напрямую не написано о ваших обязанностях — но не переживайте. Если захотите уйти в течение месяца, расстанемся одним днем.
— Я подпишу, — Лариса занесла ручку над бумагой, — но при условии, что вы мне сейчас покажете магию. Вы говорите о чудовищах, стирании памяти, супергероях. Но при этом договор на обычную должность... Всего на год, а речь шла о том, что нельзя уволиться.
Лариса побоялась говорить, но и офис странный, и ассистент этот не внушает доверия. Как и пожелание девушки в конце смены.
— Тогда сядь в кресло. Я перейду на «ты», поверь, так будет лучше. — Лариса послушно присела. Кристина приоткрыла рот, как будто собираясь зевнуть, и Лариса увидела острые клыки.
— Они не накладные, конечно, — голос Кристины стал чуть неразборчивым, но женщине и в голову не пришло не поверить ей. Она вцепилась в подлокотники, пытаясь отвести взгляд от рта девушки. Та снова сделала движение челюстью, и все стало как прежде.