Андреев грустно усмехнулся и кивнул.
- Согласен, Карин. Мы можем использовать этот факт в суде?
- Не просто можем, а должны!
Балашов довольно улыбался, наблюдая за нашим диалогом.
- Иван сказал, что это косвенное доказательство и не повлияет на ход дела, - проговорил Максим.
Я услышала в его голосе подавленное раздражение.
Вот почему меня позвали на закрытое совещание. Я должна исправить ошибку мужа. Максим не доволен его работой. Балашов, похоже, тоже.
Чувствуя себя ужом на сковородке, я попыталась сохранить лицо, быть честной и не потопить Ваньку.
- Наверное, у него были на это причины. Он глубже погружён в ваше дело…
- Вряд ли, - перебил меня Максим. - Ваше погружение кажется мне более качественным. Я бы хотел, чтобы вы занялись моим делом. Это возможно?
Окончательно растерявшись, я развела руками.
- Не знаю.
- Мы подумаем, Максим Станиславович, - избавил меня от мук Балашов.
Он встал из-за стола и протянул руку Андрееву. Максим понял, что разговор окончен, и тоже поднялся.
- Позвоню тебе, когда что-то решим, - пообещал босс. - Хорошо?
- Да, хорошо. Буду ждать. Карина, был рад пообщаться.
Андреев снова протянул мне руку, но в этот раз быстро отпустил. Он допил кофе одним глотком, попросил передать Кате еще одну благодарность. Максим накинул пальто и вышел из переговорной.
Мы с шефом остались наедине.
Я сложила руки на груди, закрываясь от всех его нападок заранее.
- И не просите, Дмитрий Владимирович. Я не стану работать с Ваниным клиентом. Это неприемлемо.
- Для тебя как жены или как юриста? - спросил Балашов, приподняв бровь.
Самый неудобный вопрос, который он мог мне задать.
Я снова не хотела отвечать. Слишком очевиден ответ. Поэтому слишком сложно его озвучить.
Балашов снова позволил мне сохранить молчание и лицо.
- Сядь, Карина. Давай поговорим на чистоту, - велел он.
Я продолжала стоять, молча возмущаясь, отказываясь следовать приказам босса. Глупо так бунтовать, но что я еще могу? Не устраивать же сцену.
Дмитрий Владимирович налил стакан воды и поставил его около моей чашки с недопитым капучино.
Меня кольнуло флешбеком из недавнего разговора с Ваней. Он тоже заменил мой кофе на воду.
- Присядь, солнце. Выпей водички, - ласково продолжал убеждать меня Балашов. - Я хочу быть честным с тобой.
Ох, видала я в гробу их честность. Последнее время я стала скептически относиться к добродетели правды. Очень часто искренность - полный отстой.
Однако, я решила не устраивать бунт и вернулась на свое место, глотнула воды. Кофе лучше потреблять с водой. Против этой правды не попрешь.
- Андреев - важный клиент, Карина. Он второй раз к нам обращается…
- И точно не последний, - закончила я за Балашова.
- Да, точно. К сожалению, его будут кидать на деньги регулярно. Максиму придется много судиться.
- Увы. От меня вы что хотите, Дмитрий Владимирович? Сами понимаете, что мое присутствие здесь абсолютно не этично.
- Понимаю, Карина. Я не первый год в юриспруденции, но Макс не только бизнесмен. Он еще и руководитель хороший. Андреев строит классную, современную компанию. Я желаю ему только самого лучшего.
Шеф гладко стелил. Я догадывалась изначально, но сейчас укрепилась в своих предположениях. Чтобы прервать поток лести и намёков, я сразу уточнила:
- Самое лучшее - это я?
- Да, Карина. - Балашов указал на папку с материалами дела. - Ты по верхам нахваталась глубже, чем Ваня вник за месяц работы с Максимом.
- С чего вы взяли? - взмутилась я. - Как можно вообще обсуждать сотрудника за глаза?
Дмитрий Владимирович вздохнул.
- А как можно ехать в суд неподготовленным?
Он снова взглянул на папку, намекая, что Ванька именно так и поступил.
Желание оправдать мужа шло впереди остальных принципов. На самом деле я знала, что Ваня часто ленится, не вникает в суть, не рассматривает все возможные стратегии и часто пренебрегает общением с клиентом.
Но он мой муж. Я не собиралась топить его, пусть он и сам вошел в мутную воду.
- Карина, ты мой лучший сотрудник, - перевел тему босс. - Я хочу, чтобы ты вела дело Андреева. Заседание в суде через неделю. Подготовься.
И опять меня взбесила эта проклятая правда. В ответ я не сдержалась и вывалила свою.
- Вы же знаете, что это будет удар для Вани. Он болезненно воспринимает нашу конкуренцию.
- Ему придется принять это, Карина. Мне не нравится дождь, но иногда он идет. Что поделать… - философски изрек Дмитрий Владимирович.
- Я могу отказаться?