От его абсурдных обвинений я потеряла дар речи.
Господи, что за дар был у Вани? Меня никогда не смущали противники в суде. Я легко вела полемику и быстро реагировала в процессе заседания. Но с родным мужем меня напрочь клинило в самый ответственный момент.
Пока я искала подходящие слова, Ваня успел раздеться, побросать одежду по всей квартире и скрыться в ванной.
Я собрала его вещи и решительно ворвалась в ванную, чтобы оправдаться. Ваня стоял под душем, смывал с себя мыло. Я сложила белье в корзину и прислонилась к стиральной машинке.
- Что-то сказать мне хотела? - огрызнулся Иван, выходя из душевой.
Он накинул халат, который я ему подарила, завязал пояс.
- Да, хотела напомнить, что именно ты попросил меня изучить дело Андреева. Я точно не собиралась читать его вместо книжки на ночь. Все остальные претензии предъявляй Балашову и себе. Я тебя подсидеть не пыталась. Мне это банально невыгодно, потому что за ипотеку мы платим вместе, и бюджет у нас общий. Работу свою я люблю, но в пределах разумного.
Сказав это, я поспешила выйти, но Ваня поймал меня и прижал к двери.
- Ладно, постой. Я вспылил, Карин.
- Неужели. - Я сжала губы от злости.
- Да, кис. Устал, запарился, рейс отложили, еще и новости…
- Ты и не особенно хотел возиться с Андреевым.
- Не хотел, - снова согласился Ваня. - Там безнадега полная. Не видать ему денег как своих ушей. Меня бесит, что Балашов специально сталкивает нас лбами. Дерьмовой идеей было работать вместе.
Я хотела напомнить о смете, которую можно приложить к делу. Собиралась также сказать, что Ваня сам позвал меня работать вместе, а Балашов как раз предупреждал о сложностях, но не успела.
Муж сунул руку за резинку моих домашних шелковых брюк.
- Ты подумала о моем предложении? - зашептал он мне на ухо.
От его тела шел пар. Горячая кожа касалась моей, но я не чувствовала возбуждения.
В первый раз после ссоры инстинкты взяли свое, и я не возражала. Но сейчас Ванины слова и его же твердый член показались мне абсолютно неуместными.
- Мы говорили о работе,- напомнила я ему.
- Плевать на работу. Есть вещи поважнее.
Потрясающе, моему мужу важнее, кого он будет трахать. Это для него значительнее, чем пришить к делу новое обстоятельство и помочь клиенту отстоять свои деньги. В мою картину справедливого мира такой разброс приоритетов вообще не вписывался.
Я охнула от возмущения.
Ваня, похоже, принял этот звук за стон удовольствия и потерся о мою ногу пахом.
- Скажи, ты думала об открытом браке? Согласна сделать нашу жизнь интереснее? Тебе ведь понравилось на кухне, да? - мурлыкал он мне на ухо, покусывая мочку и царапая щетиной. - Я всю командировку думал…
- Как будешь трахать других? - закончила я за него. - Лучше бы ты про работу думал, Вань. Тебя послали в Новосиб не в облаках витать.
Ваня отпустил меня так резко, что я чуть не потеряла равновесие. Хорошо, что за спиной была дверь, к которой он меня прижимал.
Муж отодвинул меня в сторону и вышел из ванной. От его вспыльчивости и пренебрежения меня мутило. То дышит мне в шею, то отталкивает. Да, я плохо справляюсь с эмоциями и всегда говорю, что думаю. Но раньше Ваню это восхищало, а не злило.
Чувствуя себя в очередной раз плохой женой, я стояла над раковиной и уговаривала себя не плакать.
Вспомнились дни, когда я каждый день вот так висела в ванной и закрывала себе рот руками, чтобы не выть от боли. Ваня тогда делал вид, что не замечает. А когда моя крыша совсем поехала, он заставил встряхнуться и прекратить себя мучить.
Кто знает, была бы я сейчас здесь, если бы не он.
Взглянув на себя в зеркало, я в очередной раз убедилась, что нужно продолжать в любом случае.
Жить, дышать, любить.
Я должна спасти наши отношения. Даже с разбитым сердцем.
Мужа я нашла в гостиной на диване. Он сидел, вытянув ноги и скрестив руки на груди. Ждал меня.
- Мы не сможем продолжать, если ты отказываешься сотрудничать, - проговорил он по-деловому.
Остановившись у шкафа, я сказала:
- Я не отказываюсь. Я подумала, Вань.
- И что?
Голос звенел нетерпением.
- Мы должны подробно обсудить все наши шаги в новом формате. Я хочу максимальной определённости.
Улыбка скривила Ванины губы.
- Хочешь, чтобы я рассказывал тебе, как…
- Нет! - рявкнула я. - Я точно не хочу знать подробности, Вань. Одно дело принять, что ты желаешь свободы, и совсем другое переживать подробности вместе с тобой. Я точно не хочу их смаковать.
- Ладно. Я тебя понял.
- Я не хочу, чтобы это были друзья, не дай бог родственники.
Ваня снова согласился кивком.