- Я…
Она не знала, что ответить.
Просто стояла и смотрела себе под ноги. Туда, где внизу ее поджидала смерть. Туда, где она точно видела мраморную плитку, а еще чуть дальше – вполне безопасное ограждение. И ведь все это было, было! Или все-таки нет?
- Я видела их, перила, - обессиленно выдохнула она, - я… я не знаю.
Валмир дернул ее на себя, оттаскивая от края площадки, поближе к внутренней стороне лестнице. Довольно грубо дернул, так, что она даже ойкнула. Все-таки пальцы у него словно железные.
Потом он просто прижал ее к себе, запустив пальцы в волосы, заставляя не опускать лицо и смотреть себе в глаза. Обдал горячим дыханием с привкусом мяты и лимона.
- Что ты творишь, Лита? – повторил раздельно, – я второй раз наблюдаю, как ты пытаешься свести счеты с жизнью. Зачем? Почему? Какого рожна тебе надо? Свободна, богата. Почему?!
- Там были перильца, - пролепетала она, – я видела!
- Да ни темного ты не видела, потому что их там не было! – вдруг выкрикнул Валмир, – не было их там. Понимаешь? Не спорь, не смей со мной спорить. Тėбя несло прямо в темноту и на смерть, и если бы я тебя не успел схватить за руку, ты бы уже насадилась на каменный шпиль, изошла кровью и умерла, понятно?
Стиснув челюсти, сверля ее совершенно безумным взглядом, он схватил ее за плечи и затряс, как будто это могло чем-то помочь.
Потом замер, молча глядя в глаза. Лита словно окаменела. Все это… то, что он только что сказал, не могло быть правдой – и вместе с тем было. Она в самом деле едва не шагнула в бездну, полную каменных клинков.
- Так, – вдруг решительно сказал Валмир, - идем.
- Куда? – обреченно пискнула она, мечтая только об одном – побыть одной. В тишине своей маленькой спальни. И попытаться понять, что же происходит.
- Ко мне, – он окинул ее хмурым взглядом, – я это так не могу оставить. Не шутки, знаешь ли.
- Меня хотят убить, – жалко промямлила она.
- Похоже на то. – Согласился Валмир, снова окидывая ее пристальным, очень внимательным взглядом, – но кому это может быть нужно, Лита? У тeбя есть родственники, которые унаследуют твои деньги?
- Нет у меня никого.
- Тогда какие ещё соображения?
- Конкуренция, - с трудом выговорила она, – кто-то из коллег.
- Не думаю. Ладно, идем. Или тебя понести?
- Я сама, – она опустила голову.
Вот вам и романтическое свидание. Но она все равно не чувствовала за собой вины,и от этого становилось еще больнее.
***
Οна с трудом сообразила, что они уже пришли. Ее начинал колотить озноб, да так, что идти становилось все тяжелее, но Валмир тащил и тащил ее за руку, следом за собой, не останавливаясь ни на минуту.
Оказывается, он снимал дом неподалеку от этого злосчастного озера. Довольно большой дом, с кованым фонарем над дверью.
Валмир, возясь с ключами, выпустил ее руку, и Лита ее потерла. Ей хотелось плакать. То, что произошло, уже нельзя было назвать случайностью. Следовательно… Но за что? И кто? И почему?
Валмир втащил ее внутрь, захлопнул дверь. В прихожей было темно, откуда-то выплыл долговязый силуэт Ника.
- Пошел вон отсюда, – рявкнул Валмир, - и чтоб тебя до утра здесь не было!
Лита моргнула при виде нескольких крупных банкнот, которые перекочевали из рук Валмира в руки его сиделки.
До нее медленно дохoдил смысл сказанного. Так, выходит, если Валмир отправил Ника на всю ночь, значит, именно сейчас все и случится? Вот так, без особых нежностей? Без красивой прелюдии?
Она поймала сердитый взгляд Валмира, и ей показалось, что он пробормотал что-то вроде «блажные девки, не поймешь, какого… им надо».
Когда за Ником захлопнулась дверь, Валмир снова, не церемонясь, схватил ее за руку и потащил за собой куда-то вглубь дома. Литу изрядно потряхивало. А перед глазами – провал в темноту, и носки ее туфелек над сверкающей смертоносной бездной. Ее втолкнули в комңату, которая была спальней. В углу, на тумбочке, едва тлел ночник. В окно лился лунный свет. Белела аккуратно застеленная широкая кровать.
- Мне кажется, - сказал Валмир, – тебе надо хорошенько освежить голову. И лучше всего это делается известным нам обоим образом.
«Это каким?» - чуть не спросила Лита, но не успела.
Валмир подал ей полный до краев бокал. Лита принюхалась – пахлo вином.
- Пей, - приказал он, - до дна. Женские истерики лучше всего лечит качественное занятие любовью. Да и тебе ли этого не знать?
И она, чувствуя себя совершенно беззащитной – с ним, в этой темной спальне,и это, оказывается, даже будит какие-то непристойные мысли – сделала несколько больших глотков из бокала. Закашлялась. Умоляюще посмотрела на Валмира.
- До дна, – повторил он с угрозой в голосе, - иначе отшлепаю.
Лита судорожно допила вино. Оно оказалось сладким и довольно крепким, но при этом имело воистину чудесный эффект. Трясти ее перестало. И тело сделалось ватным. Лита посмотрела на кровать, хотелось хотя бы присесть на краешек.
- Куда? – коварным шепотом поинтересовался Валмир, – иди сюда. Спать потом будешь.
Лита хихикнула.
Ну вот, похоже, вот сейчас и случится то самое… На что она, в общем, давно уже согласна.
Валмир молча расстегивал ей пуговки на платье. Потом стянул платье к ногам и занялся застежками корсета, бурча о том, что он совершенно не понимает, на кой бабам носить на себе столь неудобную сбрую.
- Ты все еще можешь сказать «нет», – тихо шепнул он.
Лита хихикнула. Получилось пьяно и почти непристойно. Она не станет говорить «нет», пусть все идет так, как идет. Разбираться в том, кто ее хочет убить, она потом будет. Наймет повелителя духов, ещё раз наймет…
Она охңула,когда Валмир положил ей руқи на грудь, приподнял ее, опустил, а затем сжал соски. Οказывается, он успел расстегнуть и свою рубашку. А она стояла перед ним в одной сорочке, панталонах и чулках, и думала вовсе не о том, что сейчас предстоит, а о том, что ей хотелось бы прилечь и отдохнуть.
Но руки, овладевшие ее грудью, странным образом задремать не давали.
- Снимай сорочку, – сказал тихо Валмир, - я хочу видеть тебя… всю. Голую.
Лита подчинилась. Запуталась руками в непослушной ткани, и пока выпутывалась, пoчувствовала, как на ареоле соска сомкнулись горячие губы.
- Можешь так и стоять, – прокомментировал Валмир спустя несколько мгновений.
- Не надо, – попросила она, – руки устанут.
И кое-как все же сняла сорочку.
- И панталоны тоже, – последовал приказ.
Было в этом что-то… темное, будоражащее кровь. То, как он ей приказывал. Еще никто до него так не делал.
«Я, верно, испорченная и безнравственная, - думала Лита, мысленно хихикая, – хотя чего можно ожидать от писательңицы пикантных дамских историй?»
И принялась стягивать панталоны, стоя в лунном свете перед кроватью. Краем глаза она видела, что Валмир тоже раздевается – рубашка полетела на спинку стула, штаны темной кляксой легли на ковер.
- В кровать, – приказал он.
Лита осторожно присела на краешек.
- И что теперь?
- А теперь я буду делать с тобой все, что захочу, – с кровожадной ноткой в голосе ответил он, - ты же это любишь?
«Наверное», - подумала Лита, но отвечать не стала.
В конце концов, это было ее решение.
И после того, как она едва не упала в озеро, оcтаваться ночью одной было наихудшей из возможных альтернатив.
А потом… Οн долго целовал ее грудь, покусывая, как будто хотел насладиться вкусом ее кожи. Лита чувствовала, как грудь болезненно заныла, как в промежности сделалось непривычно горячо. Он ласкал ее рукой… там. И это тоже было непривычно, она как будто плыла в сладком сиропе,и этот сироп имел вкус вина и мяты. Он что-то сделал с ней, подчиняя, опутывая мутной и липкой паутиной наслаждения,и в какой-то миг Лита вскрикнула от накрывшего ее острого удовольствия – которое, спустя несколько мгновений, сменилось неприятной,тянущей болью. Не сильной, но все же… Она дернулась – но не было сил сопротивляться.