Сие ошибочное мнение возникло, видимо, из бытующего представления о зависимости существования рыси от американского зайца-беляка. Считалось, что рысь не могла бы выжить на Ньюфаундленде, пока туда в 1880-х годах не завезли этого зайца. Истина же заключается в том, что до прибытия европейцев ньюфаундлендская рысь (уже сформировавшаяся как отдельный подвид) прекрасно обходилась местными полярными зайцами{72}, а также, хотя и в меньшей степени, оленятами, отставшими от бродивших по острову огромных стад карибу. Массовое истребление белыми людьми именно этих двух видов животных едва не привело местную рысь к гибели, от которой ее спас плодовитый американский заяц-беляк{73}, по иронии судьбы завезенный на остров человеком.
На Ньюфаундленде рысь сохранилась, но в других местах ее участь была трагической. Лет двадцать тому назад законодатели мод вознесли рысий. мех до высот «роскошного натурального выходного меха». Цены на рысьи шкуры резко подскочили. К концу 1970-х годов шкура хорошего качества стоила 200 долларов. Рыночный спрос на рысьи шкуры повысился настолько, что предприниматели фрахтовали самолеты для доставки трапперов в незатронутые охотой места, где рысей уничтожали на огромных пространствах при помощи капканов, ловушек и ядов. Эта бойня достигла такого размаха, что уже к 1982 году «производство» рысьих мехов резко сократилось. В соответствии с экономическими законами дефицит повлек за собой столь же резкий рост цен. В 1983 году, когда добыча рыси в Канаде снизилась вдвое по сравнению с 1982 годом, цена за шкуру подскочила в среднем до 400–500 долларов, а временами доходила и до 1000 долларов.
Сокращение популяций рыси было столь разительным, что власти провинции Онтарио ввели запрет на добычу рыси в сезон 1985 года. В районе восточного побережья, где раньше рысь водилась в большом количестве, она встречается теперь так редко, что в Нью-Брансуике, например, ее объявили охраняемым видом. В Новой Шотландии вы еще можете поохотиться на рысь, если только сумеете ее найти. За последние несколько лет в этой провинции было добыто лишь несколько шкур.
На острове Кейп-Бретон, который, по предположению извечных оптимистов из отдела землепользования и лесного хозяйства Новой Шотландии, служит местообитанием «сильного поколения рыси», я лишь однажды напал на след этого зверя, а за последние три года ни разу не слышал, чтобы его там видели. Трапперы говорят мне, что этот вид вымер не только на Кейп-Бретоне, но и на всей остальной территории провинции. Рысь потеряла промысловое значение во всех районах восточного побережья Северной Америки, за исключением, возможно, Лабрадора. Не многим лучше ее положение и на западе континента.
Короткохвостая рыжая рысь{74}, весом всего около девяти килограммов, была самой маленькой и, вероятно, самой многочисленной из трех диких кошек, первоначально обитавших в этом регионе. В отличие от северной рыси она предпочитала более теплый климат и водилась в районах, ограниченных с севера рекой Св. Лаврентия и заливом того же названия.
Ее довольно грубый мех с ломким волосом никогда не был в большой цене на рынке пушнины, но это не спасло ее от вендетты европейских пришельцев, убедивших себя в том, что эта дикая кошка является кровожадным врагом не только диких животных, на которых они охотились, но и домашнего скота.
Если еще в 1727 году власти штата Массачусетс выплачивали за каждую убитую рыжую рысь премию в размере тридцати шиллингов, то в 1930 году премия продолжала выплачиваться, но уже в размере десяти долларов. Подобная практика, применявшаяся почти везде, где селились европейцы, в конце концов привела к сокращению численности популяций рыси до ничтожно малых размеров в большинстве обширных районов ее прежнего обитания. На востоке континента рыжая рысь была истреблена фактически полностью у сегодня ее можно встретить разве чтс в нескольких лесных заповедниках, которые пока продолжают функционировать в восточных штатах США и приморских провинциях Канады.
Несколько веков преследования научили рыжую рысь так хорошо скрываться от людей, что только в конце 1960-х годов удалось обнаружить сравнительно большую популяцию в диких пустынных районах центральной части Новой Шотландии. Это «открытие» было сделано в результате инспекционного обследования мест обитания пушных зверей, проведенного провинциальным отделом землепользования и лесного хозяйства. Эти неожиданные «ресурсы» было решено использовать для привлечения охотников в провинцию.