Ева
Приблизься, милый мой. Ужели же совсем
Меня не страждешь ты? Мне ты всегда желанен.
Адам
Тебя увидеть тут — сей случай ли не странен?
Какие привели тебя сюда дела?
Ева
Господня яблоня мне тень и плод дала.
Адам
1230 Тот плод ли, каковой навек запрету предан?
Ева
Как раз поэтому он мною и отведан.
Страсть нестерпимая передалась нутру:
Взгляни на яблока прелестну кожуру,
Любуйся красотой сего плода особой,
А вкусен он насколь — и угадать не пробуй!
Адам
До вкуса ль!.. Вот она, нежданная беда!
Меня ознобом бьет! Бежать ли — но куда?
Коль яблоко сгнило б — то жребий неминучий
Нас мог бы пощадить! О, злополучный случай!
1240 Ужель — тот самый плод, сулящий только вред?
Как преступила ты Всевышнего запрет?
Ева
Я, знаешь, понимать способна Божье слово,
И не сошла с ума. Что может быть дурного
В кусочке яблока? Запреты — чепуха.
Адам
Увы! Моя душа теперь нема, глуха,
А такожде слепа: утрать я слух и зренье,
С тобою легче мне далось бы словопренье!
Ева
Не приключилось тут, мой друг, нимало зла,
Вот я и для тебя гостинец припасла!
1250 Его вкуси сперва, забыв слова запрета,
А уж потом суди, постигнув суть предмета.
Адам
Твои ли предпочту Господним словеса?
К ослушникам едва ль мирволят Небеса,
Кто разрешил бы паи пренебрегать приказом?
Ева
Приказа смысл того не подтверждает разум.
Адам
Что с Божьим разумом сравнится высотой?
Ева
Тот прав, кого смутить не может страх пустой.
Я сей познала плод, и знаньем упоенна.
Адам
На страхе Божием вся зиждется Вселенна!
1260 Его закону кто без споров прилежит —
Пород пятном греха от пока по дрожит.
Какой из Ангелов запрет бы сей нарушил?
Ева
Вот Ангел-то как раз его и не послушал,
Со древа яблоко в подарок мне сотряс,
И не в годину бед, а в самый добрый час!
В слезах, что ныне льешь, мужчине много ль чести?
Испортить хочешь ли ты праздник весь невесте,
Иль радость изыскал в прении пустом?
Нимало дружества не вижу в действе том,
1270 Чтоб мне не доверять, — припомни же, однако,
Что изначально мы слиянны богом брака
И спаяны в одно. Коль ты — мой властелин,
Я — плоть и кость твоя, и жребий наш един,
И отвергать тебе не должно плод Господен:
Ты, знанье обретя, горд станешь и свободен,
Подобен Господу премудростью, — яви
По доброй воле мне свидетельство любви,
Для нас полезна будь, ее первейша веха!
О, не отказывай! В послушестве — утеха!
Адам
1280 В чем выбор? Я никак решенья не приму:
Мы станем Господу подобны самому,
Приявши знание, свободные впервые —
Иль, под Его закон подставя наши выи,
Страшиться, как рабы, начнем жестоких кар?
Ева
Что медлишь? Поспеши приять Господен дар,
По воле собственной, и не лелей тревоги:
Бог Неба — Небесам, Земле — земные боги.
Адам
В чем выбор? Вот Господь, а вот моя жена.
Запретом грозой он, она мольбой нежна.
1290 Пренебрегу с женой божественною связью,
Иль милость высшую легко смешаю с грязью?
В моей душе гроза. Какую тяготу
Родят сомнения! Что ныне предпочту:
Запрет Господен ли — иль плод Его же сада?
Подобья Божия в себе отречься ль надо,
И душу устремить на гнусности одни?
С женой расстаться ли — о, Боже сохрани, —
Котора мне дала бессчетные объятья,
И большей радости не вправе ожидать я,
1300 Чем лоно сладостно, присущее жене?..
Вот, вижу, смерть. Но жизнь избрать уместно мне:
Я не шагну на путь, сулящий только худо.
Мне мира с Богом нет, с тобою я покуда:
Расстаться должно мне с тобой. Да, это так.
Ева
Легко же рушишь ты наш богоданный брак:
Суд надо мной вершить себя считаешь вправе
За шкурку яблочну. Ты пременился в нраве,
Звериная мораль взошла в твоей груди,
Вот ты каков, Адам. И вправду — прочь иди.
1310 К чему тебе жена? Тебе милей скотина:
Ей имена давать — в том цель твоя едина.
За кость и плоть свою — не числишь ты жену,
И сердце обратил во глыбу ледяну.
Пусть так. Но коль искать ты станешь, тем не мене,
Свою жену — учти, напрасны будут пени:
Уж позабочусь я — твой розыск будет пуст,
И Евиных вовек ты не коснешься уст.
Мне сад и звери все — свидетели удобны,
Что нравом скверен ты. Львы, властелины злобны,
1320 Смиримы львицами. Жестоковыйный тигр
Учтиво мига ждет с тигрицей страстных игр:
Вид хищников таких кого, скажи, но тронет —
Один кусок едят, одну добычу гонят.
И только ты, Адам, в любови не погряз.
Прощай. Свою жену ты зришь в последний раз.