Корифей
Я тронута твоей мольбою, мне
Так жаль тебя! Но речи Менелая
Я жду: что скажет он за жизнь свою?
Менелай
К твоим ногам я не решусь припасть,
Слезами обливаясь: лавры Трои
Позорить малодушьем непристойно.
950 Хоть говорят, что благородных красит
В беде с ресниц упавшая слеза,
Я не поставлю этой красоты —
Коль красота тут есть — превыше духа
Отважного. Коли подскажет сердце
Тебе, жена, пришельца уберечь,
Когда жены он требует по праву, —
Отдай жену ему и сбереги;
А скажешь «нет» — ну, что же? Не впервые
Мне принимать удар судьбы: дурной
Зато себя ты выставишь навеки.
А что меня достойно, справедливо
960 И за душу больней тебя возьмет,
То я скажу, припав к отца могиле:
«О старец, каменной гробницы житель!
Я требую супруги от тебя!
Верни ее: сам Зевс ее доверил
Тебе, чтоб мужу ты ее сберег.
Не можешь, знаю, мертвою рукою
Ее живому передать: внуши ж
Ты дочери, чтоб имени отца
Священного на жертву злым укорам
Не отдавала вещая, когда
К тебе в чертог глубокий доноситься
Моления людские будут. Все
В ее руках теперь. И ты, подземный
Аид, мне будь союзником! Иль мало
Из-за нее ты принял тел людских
Там, под булата моего грозою?
970 Ты получил вперед награду: дай же
Иль им вторичной жизнью зацвести,
Иль ей со славой отчею сравняться
И возвратить супругу мне мою».
А если вы отнимете ее,
К ее словам прибавить я имею
Еще одно. Мы клятвою связали
Себя, — и вот что будет, дева. Если
Придет твой брат, я с ним вступаю в бой:
Иль он падет, иль я — рассказ несложен.
980 А если вызова не примет он
И голодом просителей у гроба
Неволить вздумает, — ее убить
Поклялся я и тот же меч двуострый
И в собственную грудь вонзить — вот здесь,
На насыпи могильной, чтобы крови
Струи в подземный терем потекли.
И двое нас на тесаном гробу
Уляжется тебе укором вечным
И на позор отцу. Но на моей
Жене ни брат твой, ни другой, царевна,
Не женится. Коль не домой и в Спарту,
990 Ее возьму в обитель мертвых я.
Вот речь моя. А слез и женских жалоб
Не жди: не жалким — сильным быть хочу.
Коль хочешь — убивай: позорной смерти
Я не приму. Но лучше — снизойди
К моим словам: тогда и я Елену
Верну себе, и ты — венец святой.
Корифей
Тебе вершить, юница, эти речи:
Всех примири благим своим судом.
Феоноя
Во мне и кровь и ум благочестивы.
Я и себя блюду, и честь отца
Не запятнаю; брату же услугу
1000 Себе в позор не вправе оказать.
Великая святыня Правды в сердце
Воздвигнута моем; она — Нерея
Дар, Менелай, — я сохраню ее.
И раз улыбка Геры над тобою —
Я с нею заодно. Киприда же...
Гневить ее не буду, но не с нею
Мои пути: я — дева навсегда.
В чем ты отца корил за прагом смерти,
1010 В том я с тобой согласна: я б виновна
Была, не возвратив тебе жены;
Ведь он бы вас соединил, будь жив он.
А за дела такие есть возмездье
И под землей и здесь для всех людей.
Хоть не живет умерший, дух его
Сам вечен, в вечный принятый эфир.
И вот ответ мой краткий: вашей тайны
Не выдам я и брата дерзновенью
Мирволить не намерена; ему
1020 Не на позор я окажу услугу,
Направив грешника на путь добра.
Исход придумайте вы сами; я же,
Покинув вас, в молчанье погружусь.
С мольбы богам начните. Ты, Елена,
Киприду упроси тебя вернуть
На родину; а Геру — чтобы ласки
Своей не изменяла. Ты ж, отец
Почивший наш, — покуда в этом сердце
Не смолкнет кровь, не будешь средь людей
Прославлен нечестивцем, и хвала
Вкруг имени великого не смолкнет.