— И это видно. — Он приподнял уголки губ. У него всегда была такая тёплая улыбка.
— Беспокоиться не о чем. — Отмахнулась. — Сдам как-нибудь. Спасибо, что дали такое интересное задание.
— Тебе спасибо за старания, Скарлетт. Ты одна из лучших моих учениц.
Залившись краской, я поспешила к выходу. Всегда радовалась, когда получала обратно свои сочинения после проверки Эванса — там стояли оценки «отлично» и похвалы. Я изо всех сил старалась писать как можно лучше, и у меня это получалось.
Что расстроило, так это слухи о моей вражде с Рейнольдсом. Всё так быстро распространялось. И мне ещё на эту репетицию сегодня идти… Может, прогулять? Хотя он и без того меня ненавидит. Придётся явиться.
***
В театре меня встретила Грета — сегодня она была в чёрном обтягивающем платье — идеально для скорби.
— Ты всё-таки решилась к нам присоединиться. Похвально. — Она улыбнулась. — Только тебя и ждём.
Мы прошли по залу к стульям, выстроенным в кружок, на сцене. Я села на свободный и тут же почувствовала на себе недобрый взгляд — неудивительно, что на меня глазела Августа.
— Так что насчёт главной роли, Леон?! — она вдруг истерично воскликнула, на что мне хотелось зажать уши.
— Пока отложим этот вопрос. — Он мельком взглянул на меня, отчего сердце сжалось. — Давайте поприветствуем Скарлетт.
— Она займёт место Кристи? — хмыкнула одна из девушек.
Тут все были лишь девушки. Удивительно. Хотя — что поражаться? Разве мужчины бы стали восхищаться этим Нарциссом?
— Никто не займёт место Кристи, — твёрдо ответил Рейнольдс и прожёг блондинку взглядом. — Давайте покажем Скарлетт, как начинаем все наши репетиции.
И тут понеслось — упражнения на любой вкус для разминки голоса и тела. Я была не в восторге, но деваться некуда — надо же вливаться в эту секту. У меня вроде даже что-то получалось. Вот так я и стану актрисой…
После было чаепитие с вкусными пончиками. Сладкий крем, разноцветная посыпка, таяла во рту… Мне было наплевать на фигуру, в отличие от многих здешних дамочек, поэтому закидывала один пончик за другим. Вот она оплата моего получасового скаканья по сцене. Всё не так уж плохо, как я думала.
Постепенно запоминала имена девушек. Условно поделила их на несколько категорий. Глупые: Люси, Мишель, Одри — блондинки. Поумнее: Грета, Тиффани (и обе брюнетки). Истеричка — рыжая Августа. Её я пока вынесла отдельно, потому что так и не определилась касательно её умственных способностей.
Как раз Люси и Мишель громче всех смеялись надо мной, когда я вступила в словесную схватку с Леоном во время лекции… Поэтому заслуженно ушли в категорию тупых мадам.
Мишель собиралась стать актрисой. Она постоянно тянула одеяло на себя и соперничала с Августой.
У Августы какие-то большие комплексы, раз она постоянно жаждала внимания Леона.
Люси просто хихикала и наблюдала за всеми — настоящая сплетница. С ней следовало быть осторожнее.
Одри — самовлюблённая девица. Болтала, что на неё западали хорошие и плохие мальчики, а она выбрать не могла. Постоянно сидела в телефоне во время репетиции. И зачем она вообще здесь?! А ещё она непрерывно болтала про шмотки. Даже сейчас. Кажется, она успела переодеться, пока я поедала второй пончик.
Тиффани выглядела самоуверенно — я не знала, зачем ей этот театр. Тоже самолюбие потешить?
Грета какая-то девушка в себе — постоянно сидела и думала о своём.
Пока это всё, что удалось выяснить за небольшое время. Ну и подборочка… А может, они группой и убили Кристи? Но зачем?
Да, детектив из меня так себе.
— А где ты купила эту толстовку? — Одри вырвала меня из мыслей.
Началось, блин…
Я закинула в рот очередной пончик, чтобы избежать ответов. Одри хмыкнула и отвернулась к Эмме. Люси подобралась ко мне:
— Слушай, а почему ты всё-таки согласилась? Так боишься незачёта, да?
Мне бы самой знать зачем… Не пугали меня на самом деле никакие неуды. И никакие доводы преподавателя не убедили бы меня заниматься тем, что я не хочу. Однако… Как же я ненавидела Рейнольдса — будто на биологическом уровне. И если я и могла как-то навредить, то это втереться в доверие и попасть в эпицентр его фан-клуба — в элитную семёрку. Попала на место Кристи.
— Ага, — прожевав, ответила я после долгой паузы. Люси оказалась терпеливее Одри.
— Так у тебя же и по другим предметам проблемы, разве нет? По крайней мере, на тех, что у нас общие.
Я чуть не подавилась. Вот же разведчица. Надо с ней подружиться — она могла знать много полезной информации.