Глава 3.
- Стоп! – скомандовал Петя, глядя в карту.
Танк клюнул стволом и остановился, пыхтя двигателем. День уже заканчивался, ночь медленно но верно вступала в свои права, сумерки становились все темнее, колосящиеся поля остались далеко позади и вокруг росли дикие травы напополам с кустарниками, а впереди виднелась полоска леса. Петя никак не мог сориентироваться просто потому, что ничего не понимал в каракулях местной письменности, да и начальную точку движения так и не удалось обнаружить – развилка дорог, на которую он надеялся, оказалась очень похожа на три таких же, указатель в виде камня, типа «налево пойдешь – танк потеряешь» отсутствовал и определить точное направление было очень сложно, так что сержант решил ехать налево просто потому, что там виднелся лес, в котором можно спрятаться.
Сейчас они съехали с дороги и пыхтели, спрятавшись за густыми кустами. От тракта было метров двести, темнело быстро как в тропиках, на небе уже сверкали первые звезды в составе незнакомых созвездий. Петя задрал голову и посмотрел наверх в открытый люк.
- Глуши. – Сказал он и танк затих. – Остановимся пока здесь, переночуем, завтра видно будет, куда двигаться.
- Топлива мало. – Пожаловался Тормоз. – Надо бы перелить.
- Надо, значит надо. – Петя вылез из танка, оставив карту внутри, за ним с башни на землю спрыгнул Шаман и счастливо потянулся, разминаясь.
Тормоз вылез через люк мехвода и вместе с Мелким уже гремел в ЗИПе, разыскивая шланг и насос.
- Черт, не видно ни хрена, э! – возмутился мехвод.
- А по мне так нормально. – Возразил гоблин и крикнул Пете. – Эй, сержант, как у тебя со зрением?
- Не шумите. – Предупредил тот, оглядываясь. – Нам не нужно, чтобы нас обнаружили.
- Ага, как будто следов гусениц для этого мало. – Хмыкнул гоблин, вытаскивая насос.
- Они могут решить, что это демоны проскакали или еще какая нечисть. – Возразил Мелкому Шаман. – И желания у них преследовать страшил точно не будет никакого.
- Это как посмотреть. – Буркнул гоблин.
- Вспомни, как те вояки деру нарезали, только пятки засверкали. – Произнес Шаман. – Чего ждать от крестьян, дремучих в своих суевериях.
- Кстати, о вояках. – Встрепенулся Петя. – Сколько у нас осталось снарядов и патронов к пулеметам?
- Я выстрелил двумя осколочными и двумя бронебойными. – Тут же загнул пальцы на руке Шаман. – Значит есть еще тридцать восемь.
- В пулемете заряжена вторая коробка. – Эхом откликнулся Мелкий. – Для НСВТ осталось еще четыре и одну я не опорожнил.
- Значит в остатке имеем две с копейками тысячи патронов для спарки и двести для НСВТ. – Кивнул себе Петя. – Для АКМа осталось полными два магазина и у меня половина – не густо. Сколько у тебя, Мелкий?
- Я пустой. – Развел руками тот, закинув шланг на плечо. – Поэтому и кинжал взял, чтобы было чем отмахаться.
- Надо бы патроны поберечь, восполнить их тут будет негде – торговцы явно такого товара в глаза не видели, а вот обзавестись оружием не помешает. – Заметил Петя, оглядывая поля с вкраплениями кустов. – Ужинать будем в танке, костер не разводить – ночью видно далеко. – Он еще раз огляделся, прислушался. – Эх, языка бы взять, чтобы рассказал, где мы, а то плутаем в трех соснах, этак мы обратно к замку вернемся.
- Надо было кого-нибудь из его обитателей с собой прихватить. – Проворчал Мелкий. – Например, девку эту.
- Ага, чтобы она тебе ночью горло перерезала? – усмехнулся сержант. – Отойди в кустики, подергай, может отпустит.
- Что за девка? – спросил Шаман.
- Да баронская дочка, дура тупая, два раза на меня с ножом кидалась. – Ответил Петя. – Но, надо сказать, крепкая и аппетитная барышня вырастет если уже не выросла.
- А я о чем? – Мелкий воспрял духом. – Надо было ее прихватить, надо было, к тому же читать она точно умеет, это тебе не крестьяне, которые спину на поле гнут.
- Ладно, забыли. – Махнул рукой Петя. – Утром решим, что делать.
- Тогда уж лучше за ужином. – Шаман присел возле катка танка, устраивая таганок так, чтобы отблеск пламени спиртового горючего не было видно, хотя такой незначительный источник света вряд ли кто-то заметит в высокой траве, если уж танк слился чернотой своего корпуса с плотно поросшими кустами. – Сейчас подогрею.