Естественно предположить, что и риторика так же может использоваться для манипулирования. Ибо она предписывает не только просвещать аудиторию, но и стараться понравиться и растрогать слушателей; довольно часто риторика направлена на то, чтобы заставить людей действовать неосознанно, то есть не под влиянием разума, а под влиянием чувств, на уровне «страстей» («разум» и «чувства» – одно из противопоставлений, введенных в европейскую культуру благодаря риторике). Как бы то ни было, происходит столкновение идей, аргументов, выбор еще не предопределен, свободен, человек может еще принять ту или другую позицию. На этом этапе ясно прослеживается логика, связанная с поисками истины или видимости истины; следовательно, истину еще можно принять или отвергнуть. Но в Древнем Китае все направлено на то, чтобы подготовить слушателя к надлежащему восприятию того, что вы собираетесь ему сказать. В данном случае сражение должно быть выиграно до того, как оно начнется, то есть до того, как мы начнем говорить.
Все это предполагает, что процесс, связанный с формированием благожелательного отношения к говорящему, происходит не по мере развертывания речи, как того требуют законы красноречия, а гораздо раньше; не одномоментно (в ходе речи), а беспрестанно. Благодаря тому, что вы убедили другого в том, что между вами сложились доверительные отношения, вы приобретаете над ним власть, возникает симпатия, «склонность», которая побуждает его вас выслушивать.
Можно предположить, что речь строится как такой же поступательный ход событий, что и в рассмотренном выше стратегическом искусстве. Самое главное – «управлять» другим и не допускать, чтобы другой «управлял» вами; необходимо осуществлять свою власть над ним и не позволять, чтобы ваша «судьба» была бы в руках других людей (Гуйгу-цзы, гл.10, «Моу»; ср.Сунь-цзы, гл.6, «Сю ши»). Поскольку, согласно идее этого трактата, интересы собеседников неизбежно входят в противоречие, ибо каждый придерживается своей позиции, то, следовательно, другой человек всегда будет играть роль противника; все должно быть сделано так, чтобы другой почувствовал доверие к вам, но это доверие всегда будет ловушкой. «Соблазнить», «привлечь», «приманить» – все это предварительные этапы, так же, как и в стратегии, описанной в трактате Сунь-цзы; все эти действия направлены на то, чтобы подчинить другого своему влиянию (Гуйгу-цзы, гл.2, «Фань ин»; гл.8, «Мо»). Обычное сравнение в данном случае – это сравнение с удочкой или западней: достаточно недвусмысленно предложить другому «приманку», что-то такое, что, по его мнению, выгодно для него, чтобы сделать этого человека «восприимчивым» и послушным (Гуйгу-цзы, гл.11, «Цзю»). Таким образом, нам будет обеспечена полная инициатива, мы сможем полностью и безраздельно управлять нашим собеседником, каким бы всемогущим правителем он ни был, «как на Востоке, так и на Западе, как на Севере, так и на Юге»; из него мы сделаем игрушку в наших руках (Гуйгу-цзы, гл.З, «Нэй цянь», гл.5, «Фэй цянь») и тогда без всякого труда придем к такому положению, когда в отношениях между нами и им не останется ни малейшей «трещины», хотя со стороны невозможно будет заметить никакого «признака» этой зависимости.
Не так удивительно то, что здесь предлагается (логика мышления прослеживается легко), поразительно другое: положения трактата беспредельно абсолютизируются, распространяются на всех и на все: в данном случае речь идет не о каких-то более или менее бесчестных приемах, а как бы об обычных, нормальных методах, считающихся, вероятно, даже достойными подражания. Предлагается исключить любую возможность выбора, и тогда другой человек (если речь еще может идти о «другом») будет доведен до состояния совершенного безволия и пассивности. Даже Макиавелли до такого не доходил.
2. То, что манипулирование другим человеком является в данном случае единственной целью, видно по следующим двум словам, определяющим содержание и предназначение всего трактата: надо научиться «открывать» и «закрывать» («Гуйгу-цзы», гл.1, «Бай хэ» ). Два обычных действия, просто два жеста: «открыть» означает побудить другого откровенно изложить то, что он думает, чтобы понять, соответствуют ли его чувства нашим; «закрыть» означает пойти в противоположном направлении, вызвать реакцию другого человека и проверить, говорит ли он правду. Эти два акта должны происходить по отдельности, по-тому что они дополняют друг друга: либо под нашим влиянием другой, отбросив всякую осторожность, «открывает» нам свою душу, либо, напротив, решительно встав на его пути, мы провоцируем его на то, чтобы он, остановившись перед нашим барьером, внезапно проявил свои чувства и мы смогли бы «сделать вывод» о том, насколько правдиво все то, что он говорил.