- А это ты Степан. - Прихлёбывая ароматный напиток, признал его купец. - Пей чай, а то совсем озяб - то.
- Благодарствую, батюшка. - Поклонился Степан, грея руки об чашку.
- А знаешь что Степан?
- Что батюшка? - отозвался тут же мужик.
- Приснилось мне сейчас. Как будто по мою душу приходил сам владыка ада.
- Свят, свят, свят. - Тут же отозвался Степан и стал в страхе, крестится. - И что же батюшка?
- Ну, так вот светлый лег, отвоевал то душу мою. И вот что думаю Степан. Неспроста мне приснился этот сон, неспроста.
- Эвон как. - Поцокал Степан языком потом хлебнул горячего чая и покряхтел от удовольствия.
- Точно, тебе говорю Степан, неспроста.
- Вам бы батюшка поменьше пить то водочки. - Опять вклинился Степан в разговор.
- Твоя, правда, Степан, распустил я себя. Совсем опустился в горе-то своем. Пора бы и про жизнь подумать.
После этих слов купец поднялся, Степан степенно накинул ему на плечи соболью шубу и двинулся за ним на выход.
Поравнявшись со стойкой, где сновал Мишка Дорофеев, остановился, покопался в карманах кафтана достал три монеты и бросил на стойку.
- Благодарствую, Всеслав Савотеевич. - Склонился в поклоне трактирщик.
- Всегда рады, когда вы появляетесь!
- Да, уж не сомневаюсь. - Бросил ему в ответ купец. И широко распахнул дверь. Снег закончился, намело несметные сугробы. Луна вышла в полной своей красе на тёмный небосклон. Снег светился каким-то неземным, синим цветом. От этого на улице стало светло даже без света фонарей.
За Дорофеевым захлопнулась дверь, оставив позади кислый запах квашеной капусты, а впереди была морозная свежесть и свет луны. Вскоре скрип шагов затих в морозной ночи.
Конец