– Судьба источника вас не касается, лин инквизитор.
– Это когда же такое было? – фыркнул Кантариус и встал со стула. Пол под его грузной тушей жалобно заскрипел. – Может быть, по вашему разумению, судьба источника его хозяйке тоже не принадлежит? Сомневаюсь, что лина Хельда запросто откажется от трактира, а ведь ей ни по одному закону не позволят его оставить.
– Мнение будущей лины Делири вас тоже не касается, – отрезал Кеннет. – Если у вас остались вопросы, вы можете задать их в канцелярию Его Величества.
– Я хочу поговорить с хозяйкой, – лицо Кантариуса побагровело, он шумно дышал, раздувая ноздри. Не стоило даже надеяться, что Коршун выпустит добычу из когтей. Поздно. Столько лет ждал, лелеял мечту о мести, почти получил своё, до постели со мной оставался один шаг. И вдруг фитоллийский выскочка недвусмысленно прогонял его из трактира. – Где Хельда?
– Вы плохо слышите, лин Кантариус? – Кеннет шагнул к инквизитору и будто бы невзначай положил ладонь на рукоять меча. – Ваша проверка и ваша служба здесь окончены. В комнате на ночь вам отказано. Вот дверь, вот порог. До свидания.
Кантариус не испугался. Я помнила, как он высокомерно заявлял: «Мне плевать на вашего жениха». Но одно дело – запугивать слабую женщину, и совсем другое – бросать вызов главе Клана Смерти. Хватит ли злости? Или разум вернётся за мгновение до того, как Кеннет обнажит меч?
– Хорошо, – выцедил сквозь зубы Кантариус и, сгорбившись, вышел из комнаты.
Не верилось, что всё закончилось. История с инквизитором не могла завершиться вот так – тихо и мирно. Поговорили двое мужчин без свидетелей, и я спасена. Ни слёз, ни нервов, ни унижений. Я устало улыбнулась ведьме напротив и прикрыла глаза. На лестнице раздались шаги. Кантариус подошёл и остановился рядом. Хотелось сказать что-то остроумное, с привкусом яда, но в голову приходили только банальные требования бежать, пока лин Делири не передумал отпускать его.
– Всего доброго, лин великий инквизитор, – всё так же не открывая глаз, попрощалась с бывшим женихом я. Ответа не услышала. Только грохот шагов, будто старый Коршун срывал зло на деревянном полу.
– Ты ему ещё белым платочком вслед помаши, – усмехнулась Сирая, возвращая «окно». А я даже не заметила, как ведьма его скрыла.
Кеннет всё ещё стоял в угловой спальне и смотрел на заправленную для Кантариуса постель. Я думала, не пойти ли к нему? Выдохнуть и спросить о неоценимой услуге королю и о судьбе источника, чтобы разговор вышел спокойным и взвешенным. Меня до сих пор колотила мелкая дрожь. Но теперь из-за перепада настроения от чёрного отчаяния к робкой надежде. О, боги, пусть всё будет хорошо.
Глава Клана Смерти достал из кармана зеркало и посмотрел в него.
– Пруст или Сокол, ответьте мне.
– Пруст здесь, лин Делири, – прозвучал незнакомый голос и по зеркальной глади пошла рябь. Лицо Кеннета превратилось в отражение другого мужчины. Черноволосого, небритого и с усталым взглядом.
– Мне нужна жизнь одного человека, – отчеканил глава наёмников. – Великого инквизитора Кантариуса.
– Поножовщина в подворотне? Сердечный приступ?
– Нет, тоньше. Нелепая случайность без единой ниточки к заказному убийству.
– Будет сделано, лин Делири, – склонил голову собеседник.
– И Пруст. Я хочу, чтобы он страдал перед смертью. Знаю, ты умеешь.
Кеннет услышал короткое «да» и убрал зеркало, но я успела увидеть полную яда улыбку Пруста.
Впервые за долгое время вспомнила, что лин Делири не просто чиновник из Фитоллии и искусный мечник, а глава Клана Смерти, в подчинении у которого хладнокровные убийцы. И мой жених только что связался с одним из них и запросто потребовал жизнь великого инквизитора. Боялась ли я Кеннета после этого?
С одной стороны, стало не по себе от того, насколько обыденно всё происходило. «Я хочу, чтобы он страдал», – колючая улыбка в ответ и всё. Кантариус обречён на мучительную смерть. А с другой, я несколько часов назад задумалась над тем, чтобы убрать старого Коршуна. Кто знает, может быть, этим и закончилась бы сегодняшняя встреча с ним. Моя магия сходила с ума. Один всплеск отрицательных эмоций – и нет Какариуса больше. Но разница в том, что мне пришлось бы за это отвечать, потому что скрыть смерть инквизитора я не в состоянии. А на стороне Кеннета внушительный опыт и армия незаметных убийц.
– Хельда, – сказал он и посмотрел прямо в «окно», открытое ведьмой, – я жду тебя. Поторопись, пожалуйста, я скоро начну усиливать защиту комнаты для по-настоящему приватного разговора. Сирае хватит того, что она и так знает.