Так и выдвинулись всей толпой.
Вход в Катакомбы располагался на границе леса с городским кладбищем Палей. На кладбище в одном из склепов могильная плита легко сдвигалась вбок, открывая ступени, ведущие в подземную темноту.
Каменные своды изрядно давили, хотя высота потолков позволяла даже высокому плечистому Втемятюку – троллю шагать свободно, не пригибаясь и широко распрямив внушительные плечи.
Спустились на десяток ступенек всей толпой в просторный шестиугольный зальчик и остановились для подготовки. Тема радостно накрыл для всех скатерть-самобранку, на которой едва хватило места разместить порции для всех. Народ не менее радостно поглощал вкусную еду, восполняя и запасаясь, прокачивая повару рецепты. Счастливые владельцы призвали свое зверьё, оборотни отряда, без стеснения скинули одежду, встали на четыре конечности и частично трансформировались, кто во что горазд, а потом снова облачились в свои доспехи. Потом все, кто мог, скастовали на толпу и по отдельности полезные бафы (усиления). Вот так, набафанные по кончики рогов небольшого сатира в их команде, двинулись вслед за осторожно пробирающимся по узкому коридору Втемятюком. Антик выставил перед собой любопытный башенный щит почти в полный его рост, на который Трельяж тут же начал ронять слюни с клыков, образно выражаясь! Щит радовал баснословной цифрой брони в процентах, разными видами защит и тонной резистов от всего на свете, включая похотливые намеки юных девственных монашек!
За спиной в специальных заплечных креплениях у тролля болтался поистине гигантский немного коцанный, зазубренный тесак с модификатором урона в виде Руны Ярости. Эта руна даровала оружию и без того диарейного вида устрашающую ауру, наподобие той, что была теперь у Темы. Тема предположил, что с Втемятюком пэкашеры связываться ой как не любят!
В коридорах было пусто, и они без драки проникли в первый зал - Усыпальница.
Здесь стояло множество ветхих, но пустых гробов, а их "обитатели" преспокойно свисали с потолка вниз головами разнокалиберными «баулами из кожистых нетопыриных крыльев. Стоило троллю переступить какую-то невидимую границу зала, и все вампиры, а это были, несомненно, они, пронзительно заверещали. Некоторые особи распахнули свернутые нетопыриные крылья и изящно соскочили на каменный пол. Даже неповоротливый с виду огр-вампир весьма ловко очутился на полу. Из стен высунулись призрачные когтистые руки.
- О, мой профиль! - радостно возвестил Трельяж, весело осматривая Усыпальницу в неярком свете Данко. Он прикрыл глаза, сосредотачиваясь и громко произнес:
- Восхвалим упругие груди Эдильи, друзья! – все дружно забормотали привычные паладинские восхваления богине, в воздух взвился десяток реплик про сиськи Эдильи, несколько отрядных паладинов преклонили колени. От Трельяжа во все стороны лучами разошелся серебряный свет, который словно заискрился от искорки Данко, сжигая призрачные лапы до неопасных черных дымных облачков, опадающих вниз и превращая вампиров в черный пепел на полу. Серега разлил по полу Усыпальницы водяную лужу, окончательно превращая останки нежити в жидкую грязь. Трельяж несколько раз мигнул иллюминацией повышения уровней, рядом сигаретным окурком пыхал повышениями его Данко. Народ недоуменно оглядывался, не особо понимая, как так вышло, что не самый выдающийся игрок в одно рыло зачистил зал. Но претензий не последовало – выполнение заданий, кому надо засчиталось! Серега раздувал грудь, высокомерно оглядывая толпу, мол, знай наших, с нам всем выгодно! Судя по задумчивым лицам игроков, многим нравился такой расклад.