Больше, чем любой другой застройщик своего поколения, 34-летний Дональд Дж. Трамп за последнее десятилетие преуспел в изменении облика Манхэттена. Используя политические связи, большое семейное состояние и агрессивный оптимизм продавца, он эффективно повлиял на меняющийся характер Мидтауна.
Фред Трамп был несколько шокирован решением сына купить «Коммодор». Слишком жалким было состояние отеля, обремененного к тому же долгами по налогам на недвижимость, и сомнительными – перспективы его возрождения. Со многими изначально великолепными небоскребами Манхэттена в тот момент были проблемы: их трудно было содержать, не на что ремонтировать. Но Дональд был уверен, что проблема именно в самом устаревшем отеле, а район вокруг перспективный, рядом вокзал и метро, и публика мимо отеля ходит вполне приличная. Тем более что сеть Hyatt традиционно специализировалась на сотрудничестве с крупными мероприятиями – конгрессами, конференциями, съездами, принимая их участников и предоставляя общественные помещения для проведения. И для такого использования отель рядом со станциями скоростного транспорта подходил почти идеально.
На ремонт потребовалось порядка 130 миллионов долларов. Обновленный Grand Hyatt открылся осенью 1980 года. От прежнего оформления почти ничего не осталось. Уцелевшие в годы упадка предметы внутреннего убранства, детали интерьера, посуда и мебель были перед началом ремонта распроданы желающим. Журналисты запечатлели, как это происходило. «Лорна Браун из Квинса не хотела ни памятных вещей, ни кроватей, ни ламп, ни столового серебра. "Горшки, – сказала мисс Браун. – Я пришла сюда в поисках горшков. Можно подумать, что отель, выходящий на распродажу, должен предлагать горшки. Знаете ли вы, что я пришла сюда в 8 утра, стояла в очереди, заплатила два доллара, чтобы войти? И знаете ли вы, сколько горшков я нашла?" Она указала на какие-то пакеты, которые были завернуты в коричневую бумагу, и сказала: "Два горшка. Разочарование".
Мисс Браун хотела большое количество горшков, потому что она и ее сестра Дженнифер планируют вскоре открыть ресторан быстрого питания. Они были среди более чем 3000 посетителей, которые пришли в 26-этажный отель, который стоит на восточном плече Гранд-Сентрал-Терминал по адресу 55 Ист 42д-стрит, на "распродажу миллиона предметов" мебели и приспособлений.
Каждый из этих посетителей заплатил 2 доллара за вход, и с раннего утра вчера на 42-й улице и за углом на Лексингтон-авеню выстроились длинные очереди. По данным National Content Liquidators из Дейтона, штат Огайо, концерна, проводящего ее, продажа может занять несколько месяцев, а затем отель на 2000 номеров будет преобразован Дональдом Трампом, нью-йоркским застройщиком, в конференц-отель Hyatt Regency на 1400 номеров.
Но для тех, кто вчера был в отеле Commodore, цена покупки г-на Трампа (10 миллионов долларов), стоимость нового строительства (90 миллионов долларов) и причина закрытия отеля в июле 1976 года (потому что его обанкротившиеся владельцы, Penn Central Railroad, задолжали городу 10,3 миллиона долларов налога на имущество и не могли позволить себе продолжать эксплуатацию отеля) на самом деле, похоже, не имели значения.
Как выразился Гарольд Миллер, торговец антиквариатом из Манхэттена, имело значение то, что было в наличии. Г-н Миллер наткнулся среди предлагаемой мебели, в основном в скандинавском стиле, на миниатюрный письменный стол в стиле королевы Анны, который он купил за 150 долларов. Г-н Миллер сказал, что он мог бы продать его "может быть, за 225 или 250 долларов".
Сара Мур боролась со своим приобретением, большим цветным телевизором, который стоил около 120 долларов. Друг, Генри Блант, помог ей донести его до улицы, а затем, когда он пошел за своей машиной, мисс Мур стояла на тротуаре с телевизором – и вокруг нее быстро собралась толпа» (Все, что они могли унести / All of the Commodore They Could Carry, Пранай Гупте, The New York Times. 6 января 1978 г.).
Во время ремонта знаменитый бальный зал был сохранен, но заново оформлен. В отеле теперь были 1400 номеров и отделка в современном стиле. О минимализме речи не шло, в оформлении использовали броские цвета, новый мрамор, бронзу, хрусталь и обилие позолоты. Снаружи во всю высоту были смонтированы стеклянные фасады, которые не только сияли в солнечном свете, но и отражали все знаковые строения вокруг – Крайслер билдинг, вокзал Гранд Централ и другие.