Битва при Центральном парке
В 1981 году Дональд Трамп приобрел два многоэтажных здания в Нью-Йорке неподалеку от Центрального парка на углу Central Park South и Sixth Avenue в районе Мидтаун на Манхэттене. Один из этих домов был апарт-отелем, а второй – «Барбизон-плаза», известный тем, что он был смешанным отелем, составлявшим пару со знаменитым «Барбизоном», отелем только для женщин (по адресу 140 East 63rd Street, на юго-восточном углу с Лексингтон-авеню, в Верхнем Ист-Сайде Манхэттена).
Сейчас здание «Барбизона» признано исторической достопримечательностью Нью-Йорка. Хотя в том же 1981 году он утратил свою главную черту, перестав быть укрытием и обиталищем исключительно для женщин, впервые начинавших самостоятельный жизненный путь. Менялся мир – менялись не только экономические условия, но и женщины, и «Барбизон» перестал быть для них местом почти чудесной сказки. 12 февраля 1981 года был произведен розыгрыш среди желающих – кто станет через два дня, в день Валентина, первым мужчиной (и первой парой), который проведет ночь в «Барбизоне».
Что может быть интересного в истории отеля? История посетительниц, великих и невеликих женщин, их судеб и переменчивых тенденций на протяжении нескольких десятилетий. В 1928 году распахнул свои двери «Барбизон», ставший на десятилетия легендарным местом. Местом, куда приезжали и где жили легенды кино, театра, литературы, моды. Местом, где многие хотели стать легендами сами. Здесь обитали многие творческие натуры, жили начинающие художницы, журналистки и авторы рассказов, пьес, романов. Отель стал на долгие годы для поколений юных (и зрелых) девушек местом, где они надеялись начать новую жизнь, забыв о прежней, не слишком удачливой, от которой они уехали, убежали, ушли. Что у них было с собой? Часто – только адрес и название того самого отеля.
К тому времени бумажка с адресом успевала помяться и изрядно истрепаться в автобусе, поезде, а то и самолете – если ее владелице повезло, она была при деньгах, либо если, подобно Сильвии Плат или Джоан Дидион, она выиграла литературный конкурс журнала «Мадемуазель». То волнение, что охватывало молодую женщину в миг, когда она открывала парадную дверь отеля, невозможно было испытать больше никогда – слишком многое оно значило: побег из родного городка и от того, что могло (или не могло) ее там ожидать. Это случалось спустя много месяцев, в которые ей пришлось копить, упрашивать, во всем себе отказывать и долго, тщательно строить планы. «Двадцатые годы двадцатого столетия стали временем гостиниц для женщин. И первые страницы книги описывают, как появились в последнем десятилетии XIX века "новые женщины", осмеливавшиеся выйти в большой мир и попытаться занять в нем то место, которое они считали достойным. Кем же была она, постоялица знаменитого нью-йоркского отеля "Барбизон"? Она могла прибыть откуда угодно: как из провинциальной одноэтажной Америки, так и с той стороны моста Джорджа Вашингтона; но чаще всего подъезжала к дверям отеля на желтом, с шашечками, такси – оттого что еще не умела пользоваться метро. В руках – бумажка с адресом, который она прилежно зачитывала таксисту: "Отель 'Барбизон', Восточная 63-я улица, дом сто сорок". Но, скорее всего, таксист догадывался, куда ее везти, прежде чем она начинала диктовать. Может, заметив, как робко она садится в машину, как крепко сжимает ручку чемодана коричневой кожи, а может, увидев, что впервые оказавшаяся на Манхэттене иногородняя девушка одета в свое лучшее платье» (Паулина Брен. Барбизон. В отеле только девушки).
При отеле была кофейня, куда захаживали известные актеры и писатели. Так, Дж. Д. Сэлинджер, еще не ставший отшельником, но уже автор популярного романа «Над пропастью во ржи», часто сидел в той кофейне и заводил знакомства с девушками.
Но изменился мир, и «Барбизон» перестал быть привлекательной диковинкой. И отель был переделан в многоквартирный жилой дом.
Barbizon-Plaza был построен в стиле ар-деко и распахнул свои двери для постояльцев 12 мая 1930 года. О его архитектурном облике современники говорили, что единственный небоскреб, сравнимый с ним по эффектности, – Крайслер Билдинг. Он изначально был так же вместителен, как и перестроенный Трампом раньше «Коммодор» – 1400 номеров. Если первый «Барбизон» был предназначен только для женщин, то «Барбизон-плаза» владельцы ориентировали не только на клиентов обоего пола, но в немалой степени на творческих людей, музыкантов и художников, приезжавших в Нью-Йорк искать успеха. Здесь были оборудованные звукоизоляцией студии для репетиций (звукозапись в тот момент еще не превратилась в грандиозную по масштабу индустрию), концертные залы и художественные мастерские. В одном из концертных залов имелся даже орган.