— Надо закладывать серийное производство, — сказал Дементьев. — Похоже, что ваши дирижабли будут востребованы в народном хозяйстве.
— А насыпной бункер к дирижаблю можно подвесить? — вдруг спросил Каганович. — У нас есть проблемы с вывозом хлеба с целины. Урожай получился огромный, дороги, конечно, строили, но не везде успели построить. Шелепин очень просил помочь с транспортом.
— Проще сделать сначала наполнить бункер, а потом подцепить к дирижаблю, как контейнер, — ответил Гарф.
В-14 тем временем закончил сборку макета трубопровода, отлетел немного в сторону и вдруг сбросил с высоты нескольких сотен метров якоря, похожие на оперённые стрелы. Они вонзились в землю, дирижабль подтянулся к ним сматывая тросы на лебёдки, и опустился.
— Как видите, современный дирижабль может садиться на необорудованные площадки, — заметил Гарф. — Также он может садиться на воду. Американцы во время войны построили более 150 мягких дирижаблей и использовали их в качестве противолодочных. С 1 июля 1944 года эскадрилья из 6 дирижаблей полностью блокировала Гибралтар и не пропустила в Средиземное море ни одну немецкую лодку. С 1950 года фирма "Гудьир" возобновила строительство мягких дирижаблей. Они используются как противолодочные и для радиолокационного дозора. В этом году американцы построили дирижабль ZPG-2W объёмом 275000 кубометров и длиной около 100 метров. Он имеет дальность действия 15000 километров с полезной нагрузкой 8400 килограммов.
Лучшего аргумента, чем наличие дирижаблей у Америки, Гарф привести не мог.
— Считаю, что флоту необходимы дирижабли радиолокационного дозора, — уверенно произнёс адмирал Кузнецов. — Также нам понадобятся транспортные, противолодочные дирижабли, и тральщики.
— Товарищи, с таким объёмом заказов одному нашему предприятию никак не справиться, — ответил Гудков. — Тут целую отрасль создавать придётся.
— Ну, полагаю, придётся создавать, — заметил Каганович. — У нас сообщение с Забайкальем и Дальним Востоком налажено недостаточно. Не говоря уже о районах Крайнего Севера. Дирижабль, конечно, не самолёт... Зато ему не нужен бетонный аэродром...
— Товарищи, а "Гудьир", это, случаем, не шинная ли компания? — вдруг спросил Булганин.
— Так точно, Николай Александрович, — подтвердил Устинович. — Они вообще занимаются резиновыми и прочими надувными изделиями.
— Так, может быть, попробовать развернуть изготовление мягких оболочек на наших резиновых и шинных заводах? — продолжил свою мысль Булганин. — В Питере на "Красном треугольнике", к примеру?
— Да ты что, Николай Александрович, — удивился Хрущёв. — Они же резиновые сапоги да галоши делают. А тут — дирижабль!
— Вот именно, Никита Сергеич, — усмехнулся Булганин. — Вот представь обычного рабочего, который всю жизнь делает одни и те же галоши. И вдруг приходит он на работу, а ему мастер говорит: "Пошли, Василич, страна просит сделать дирижабль!" Ты только представь, какой у людей будет энтузиазм — вместо галош сделать этакую летающую махину!
Хрущёв вдруг повернулся, внимательно посмотрел на висящий под надувным потолком эллинга дирижабль, затем посмотрел на Булганина, и сказал:
— Верно говоришь, Николай Александрович! А если потом этот рабочий в отпуск полетит отдыхать в Сочи на этом дирижабле, который он своими руками сделал? Это ж... это же замечательно!
— Никита Сергеич, давайте обсудим вопрос на Президиуме? Я со своей стороны поддержу, — сказал Каганович.
Обратно на Красную площадь членов правительства доставил тот же В-14. Энтузиазм советских аэронавтов Хрущёву понравился.
Через пару дней на заседании Президиума ЦК обсуждался вопрос о серийном строительстве дирижаблей. При поддержке Кагановича и Булганина Хрущёву без труда удалось провести принятие Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР "О серийном выпуске летательных аппаратов легче воздуха"
24. Тоцкий полигон
В сентябре 1954 года планировалось провести общевойсковые учения с применением тактического ядерного оружия.
Подготовка к этим учениям велась около года. Постановление Совета Министров об их проведении вышло еще 29 сентября 1953 года, вскоре после испытаний первой термоядерной бомбы в августе 1953го. Первоначальное представление о необходимости проведения учений было подписано Маршалом Советского Союза А. М. Василевским, Б. Л. Ванниковым, Е. И. Смирновым, П. М. Кругловым. Решение о проведении учений на обсуждение Совета Министров выносил министр обороны Николай Александрович Булганин.