- Ты рада? - послышался голос отца из воспоминания.
- Шутишь, конечно, - восторженно ответила дочь, - Я уже всю голову сломала, куда на преддипломную практику устроиться. Студентов без опыта никуда не берут.
- Мы с Николаичем в одной группе учились, а после института контакт потеряли. И тут, представляешь, совпадение, приезжаю на монтаж, а там он. Аж три бригады на его склад согнали. Ангары новые, огромные. Работали несколько дней. Пришло время акт приема работ подписывать и тут выходит он. В универе, помню, прогульщик был и двоечник, еле диплом получил, а тут выплывает в костюме и галстуке. Я даже не сразу его узнал. А вот он меня, как увидел, в улыбке расплылся и говорит: «Сема. Это ты или сон?». Договорились в выходные встретиться, порыбачить. Приезжаю на водохранилище, а там яхта стоит, на борту радостный Николаич в шортах и майке. Отплыли, и давай о жизни разговаривать. Все-таки, какая жизнь штука интересная, так по- разному у всех протекает. В какой-то момент начал про тебя рассказывать, что психологический заканчиваешь и диплом скоро. Он мне и предложил тебя стажером к себе в отдел кадров взять. Будешь помогать и опыта набираться.
- Но я не могу на целый день, - загрустила Катя.
- Опять ты про свое кафе. Уж сколько лет там работаешь, может, хватит. Ты уже взрослая, пора с официантками завязывать, - нахмурился отец.
- Ладно, я подумаю, - грустно ответила девушка.
Катя душой была привязана не только к кафе, но и к посетителям и пожилой хозяйке. Это место стало ее вторым домом, новой ступенью развития и целой эпохой.
Глава 4
Со двора вернулся Игнатий Павлович. В руках мужчина нес целлофановый мешок с вещами.
- Вот, - сказал мужчина, смущенно протянув Катерине сумку, - Я для тебя нашел кое-какие вещи. Они от сыновей моих остались, но вроде тебе по размеру должны подойти.
Катерина сама давно задумывалась о смене гардероба. Одежда, в которой она очнулась на заброшенной базе, очень походила на военное обмундирование. Такая униформа на худощавой девушке вызывала подозрение, чего Кате совершенно не хотелось.
Гостья с благодарностью приняла мешок и начала доставать вещи. Там были старые подростковые кроссовки, темно голубые джинсы, оставшиеся еще со школьных времен младшего сына Игнатия Павловича, футболка с непонятной надписью на груди и черная мешковатая куртка.
- Надеюсь, угадал с размером, сказал мужчина и снова ушел во двор.
Катерина прошла в комнату, где стоял старый шкаф с большим зеркалом, и примерила вещи. Несмотря на то, что одежда была мужская, все пришлось в пору и выглядело неплохо. Катя обрадовалась, теперь ее вид ни у кого подозрений не вызовет.
- Ну как, неплохо? - вспомнилось Катерине.
Она крутилась перед отцом в новом костюме с узкой юбкой ниже колена и приталенным пиджаком.
- По мне, так даже слишком хорошо, - хмуро проговорил отец.
- Тебя что-то смущает? - насторожилась дочь.
- Да. Ты стала слишком взрослой, а это значит, что я состарился, - проворчал Семен Семенович.
- На собеседование принято одеваться по- деловому, и костюмы всем прибавляют возраста, - утешала дочь.
- Не успокаивай меня. Уверен, глазом не успею моргнуть, как какой-нибудь сотрудник Николаича, увидев тебя, влюбится и уведет из родного дома, оставив меня одного, - грустно сказал отец.
Катя улыбнулась и обняла папу.
- Ты от меня так просто не отделаешься.
- Очень на это надеюсь, - тихо проговорил мужчина.
Катя отпустила отца и начала причесываться.
- Ты уже уволилась со старой работы? - поинтересовался он.
- Пока нет, но хозяйке сказала, что если собеседование пройдет успешно, буду увольняться.
- А она? - спросил Семен Семенович.
- Приняла эту новость удивительно спокойно, сказала, что это было предсказуемо, - поделилась Катя.
- Мудрая женщина, - похвалил отец.
- И добрая. Она даже решила устроить для меня прощальную вечеринку, - ответила дочка.
- Ты так ей надоела, что будет праздновать твою отставку? - пошутил мужчина.
Катюша показала ему язык и начала отпирать дверь.
- Удачи тебе на собеседовании, - сказал он на прощанье.
- Спасибо, - ответила Катюша.