Шрила Прабхупада подчеркнул, что хотя с методом поиска истины еще можно экспериментировать, сама истина не должна подвергаться экспериментам.
Повернув назад, в сторону храма, мы проходили мимо мужчин и женщин на Джуху-Бич, как обычно с энтузиазмом машущих руками и ногами, наклоняясь и растягиваясь, пытаясь таким образом подражать западной моде на физические упражнения. Индийцы, особенно в Бомбее, несомненно все больше интересуются своим телом, и все меньше – душой.
Локанатха Свами спросил, как возникает влечение между мужчиной и женщиной, ведь все тела созданы из одних и тех же элементов.
Прабхупада ответил подробно: «Ты хочешь привлечься. Бог устроил так, чтобы их влекло друг к другу. Вот и все. Ты хочешь привлечься; поэтому женщина привлекательна для тебя. А женщина тоже хочет привлечься, и для нее привлекателен мужчина. Так устроено в природе, что влечение порабощает. Вы уже связаны по рукам и ногам, а из-за этого влечения будете связаны еще крепче. Пумсах стрия митхуни-бхавам этам. Материальное влечение означает влечение мужчины к женщине и женщины к мужчине. Они ищут: «Где женщина? Где женщина? Где женщина?» А женщина тоже ищет, и они приходят сюда, чтобы заниматься этим. И в тот момент когда они привлекаются друг к другу и соединяются, материальные оковы становятся еще крепче.
Поэтому ведическая цивилизация учит ослаблять влечение, и, в конце концов, разлучаться, санньяса. Поскольку если их не разлучить, не может быть и речи о духовном развитии. Таков процесс. Их союз – рабство. В одном письме я написал: мужчина – хорошо, и женщина тоже, но когда они сходятся вместе, это плохо!»
Прабхупада рассмеялся. «Когда они вместе, это плохо. А в материальном мире это считается самым лучшим. Но, на самом деле, это не так. Мужчина хорош, потому что он – неотъемлемая частица Бога. И женщина хороша, неотъемлемая частица Бога. Но когда они сходятся вместе – это плохо».
Локанатха Махараджа спросил, могут ли грихастхи совершать духовное продвижение.
Ответ Прабхупады был прямым. «Их прогресс не очень серьезен. Они могут прогрессировать, но не очень серьезно».
«Они говорят: «Мы хотим вместе служить Господу». Это оправдание, или?..»
Прабхупада расплылся в улыбке. «Вместе они только отправятся в ад!» Он объяснил, что в конечном итоге нужно иметь дух отречения, не важно, какую одежду носит человек. Если семейный человек работает только для Кришны, то он тоже санньяси.
* *
Мы получили телеграмму от Радхабаллабхи, руководителя производственного отдела ББТ в Лос-Анджелесе. Он сообщал Шриле Прабхупаде, что в день ухода Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура они выпустили еще один том Шримад-Бхагаватам.
Прабхупада телеграфировал ответ: «Спасибо тебе. Ты получишь все благословения. Мой Гуру Махараджа будет очень доволен тобой и всеми остальными преданными в святой день его ухода».
* *
Я провел весь день, собирая чемоданы и готовясь к завтрашнему отъезду. Организовано несколько программ в деревнях, и Шрила Прабхупада полон энтузиазма. Он подчеркнул важность проповеди в деревнях, сказав Хансадуте, Харикеше и мне, что уже давно мечтает проповедовать от деревни к деревне в Индии. Прежде чем отправиться на Запад, он этого делать не мог, но теперь получить возможность исполнить свое заветное желание.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Сананд, Гуджарат; Бомбей
25 декабря 1975 г.
В полдень Прабхупада вылетел на север, в Ахмедабад. Полет был коротким, около тридцати пяти минут. Встречали его Яшоматинандана и Карттикея Махадевья, один из самых активных Почетных Членов из Бомбея. Они отвезли нас на двух машинах в небольшой городок Сананд, неподалеку от Ахмедабада. Машина, в которой находился я, задержалась на железнодорожном переезде, а машина Шрилы Прабхупады уехала далеко вперед.
Доехав до пригорода Сананда, мы обнаружили большую группу людей в открытом поле. Они восторженно шумели вокруг небольшой цветной сцены, установленной специально для приезда Шрилы Прабхупады. Прабхупада удобно устроился на возвышении, сохраняя серьезное выражение лица и утопая в десятках гирлянд из бархатцев и роз. Хозяин, тучный и представительный царь Сананда, с длинной седой бородой и в большом красном тюрбане, сел рядом с ним. Чаукидар закрывал Прабхупаду от солнца огромным церемониальным зонтиком красного цвета.
Перед сценой собрались несколько сотен жителей. На это зрелище стоило посмотреть. Группа танцоров в белых костюмах с необычными складками и оборками и ярко-желтых пагди, лентах на головах с большими бантами сбоку, показали танец приветствия. Затем они сели рядами перед сценой, а горожане, кто в белых тюрбанах, а кто в пурпурных, проталкивались вперед, чтобы хоть одним глазком посмотреть на высокого гостя.
Сын царя, Юврадж Тхакур Сахиб, невысокий приятный человек, которому было уже под пятьдесят, произнес небольшую вступительную речь и слова приветствия, а затем попросил выступить Шрилу Прабхупаду. Прабхупада попросил передать ему караталы и в течение нескольких минут пел маха-мантру. Затем он поблагодарил хозяев и аудиторию за теплый прием.
После этого Юврадж пригласил Прабхупаду сойти со сцены и подняться на открытую повозку с лошадьми, которая ждала, чтобы провезти его через город. Повозка знавала лучшие времена, но все равно была достаточно представительной. К этому времени вокруг собралось несколько тысяч человек, стремящихся лицезреть Шрилу Прабхупаду. Вся атмосфера была пропитана их энтузиазмом и почтением.
Хансадута, Харикеша и я были полны восторга. Харикеша бегал туда-сюда и делал снимки для журнала «Назад к Богу». Хансадута схватил мридангу и присоединился к Яшоматинандане и Хайхайе в киртане перед процессией.
Шрила Прабхупада и царь взошли на повозку и сели друг напротив друга, Прабхупада был на заднем сиденье. По просьбе Прабхупады мне разрешили ехать на задней подножке. Взяв из рук чаукидара цветной зонт, я наклонился, чтобы закрыть Его Божественную Милость от солнечных лучей.
Ехали мы около часа, проехав через основные районы города и по центральной улице, выходившей ко Дворцу Сананда. Это было чудесно. На всем пути нас встречали восторженные горожане, желающие взглянуть на Шрилу Прабхупаду и его западных учеников.
Перед нами шла огромная толпа, а за повозкой – несколько сотен женщин. Когда мы въехали в город, женщины вдруг хором запели: «Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе / Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе», хотя преданные их об этом не просили. В книгах Прабхупады я читал, что деревенские жители естественным образом склонны к преданному служению, но был просто потрясен, увидев это своими глазами.
Прием, оказанный Прабхупаде, был спонтанным и искренним. Благочестие индийцев, особенно живущих в деревнях, не сравнится ни с одной страной мира.
Мы добрались до главной площади. Люди с балконов и крыш дождем сыпали цветы и предлагали пранам. Через улицы были натянуты веревки, на которых висели листья манго и разноцветные листки бумаги, покачивавшиеся на ветру как флаги.
По мере движения повозки люди то и дело останавливали ее. Иногда они вручали Шриле Прабхупаде гирлянды. Другие с большой преданностью и почтением предлагали небольшую пуджу – поднос, на котором были лампа с гхи, немного зерен риса, немного кункума, несколько пайс, ломтик фрукта и несколько цветов. Описав подносом с зажженной лампой несколько кругов вокруг Шрилы Прабхупады, они наклонялись, чтобы украсить его лоб точкой кункума, а затем зернышком риса. Прабхупада терпеливо принимал их подношения с большим смирением и благодарностью, складывая ладони и благословляя горожан улыбкой и словами: «Харе Кришна!»
Когда мы доехали до входа во Дворец, повозка остановилась, развернувшись к толпе. Прабхупада произнес небольшую речь, а затем повозка въехала через большие ворота в царский двор.
Прабхупаде очень понравился теплый прием, оказанный ему здесь. Он сказал, что деревенские жители – преданные, поскольку они повторяют святые имена Бога.