– Ну, не совсем из полиции…
– Почему же ты мне ни о чём не сказала?
– А как бы ты сам ответил на этот вопрос? Принимай всё, любимый, как данность. Ничего не поделаешь – служба. У тебя своя, у меня своя.
Ничего больше сказать не могу, потому что все слова сразу куда-то испарились, и уже собираюсь оборвать разговор, однако Карина успевает сказать:
– Слушай, Даниэль, если ты у себя в полиции управишься быстро, то ещё успеешь подскочить ко мне…
– Зачем? – интересуюсь глупо, и выражение лица у меня такое, что Георгий и Шауль начинают непроизвольно хихикать.
– Если не знаешь зачем, то не надо, лучше не приезжай…
Впереди нашей машины, поблёскивая голубыми мигалками, несётся белая полицейская «тойота». Мы сидим в фургончике, и я лениво наблюдаю за мелькающими вдоль шоссе фонарями. Пожилой толстяк водитель молча крутит баранку, лишь изредка поглядывая на нас в зеркало. Музыку по просьбе Шауля он приглушил, поэтому мы едем почти в тишине.
Шауль дремлет в кресле позади нас с Георгием, а мы, словно братья-близнецы, никак не можем расстаться друг с другом.
– Знаешь, брат, – хмуро говорит Георгий, – не верю я, что всё так просто закончилось. Не Габи, так кому-то другому понадобились эти «лучи смерти». Так легко от подобных вещей не отказываются… Скажи честно, ты их точно утопил в заливе? А может, припрятал где-нибудь, чтобы через некоторое время, когда всё уляжется, потихонечку вернуться за ними и забрать? Ведь не мог же ты их без меня в банковскую ячейку на семьдесят лет упрятать?
Препираться с ним неохота, потому что только сейчас я чувствую, как устал и смертельно хочу спать. И не просто спать, а упасть и вырубиться, чтобы ни одна живая душа не могла разбудить меня…
– Перестань, – отмахиваюсь лениво, – почему ты во всём видишь только гадкое и подлое? Если тебя успокоит, хочешь, мамой поклянусь, что утопил всё это дерьмо в Гудзоне…
При упоминании про Гудзон губы Георгия изгибаются в лёгкой ухмылке, и он бормочет:
– Всё-таки этот наш трансфер в прошлое – не такая плохая штука! Столько мы посмотрели… Ну, не так много на самом деле, но и этого достаточно… А скажи, ты бы согласился, если бы тебе ещё раз предложили навестить Теслу? Ну, или просто побродить по Нью-Йорку сороковых голов?
– Конечно, нет!
– Не верю тебе! Опять не говоришь правду…
Георгия, видно, не перевоспитать, такой он недоверчивый и подозрительный человек. Отворачиваюсь и смотрю в окно.
– Слушай, – он легонько толкает меня в бок, – я, наверное, не поеду с вами дальше. У вас там свои разборки, а я не хочу в них участвовать. Я человек вольный. Попроси водителя остановиться, и я слезу.
– В чистом поле и ночью?
– Это мои проблемы…
– Твёрдо решил? Потом жалеть не будешь?
– Да пошёл ты…
К городу мы подъезжаем почти на рассвете. Далеко-далеко на востоке тонкими прозрачными волнами колышутся первые сполохи поднимающегося солнца, и в ответ им постепенно гаснут бессонные ночные огни.
Большую часть времени дремлю и даже не столько дремлю, сколько безучастно сижу, отвернувшись к окну и полузакрыв глаза. Смотрю на пролетающую дорогу и ничего не вижу.
Мне почему-то кажется, что я снова перенёсся в какие-то дальние дали и сижу в старом добром кадиллаке шестидесятой серии, за спиной светится и переливается огнями большой незнакомый город, а сквозь закрытое стекло каким-то чудом влетают внутрь пушистые и мокрые снежинки. И так почему-то тянет сыростью и влагой от невидимой и мрачной бездны Гудзонского залива…
Но на сердце, как ни странно, легко и спокойно. Как не было никогда раньше…
Краткая биография Николы Теслы
https://cdn2.binokl.cc/wp-content/uploads/2017/08/3-15.jpg
Никола Тесла (серб. Никола Тесла, англ. Nikola Tesla; 10 июля 1856, Смилян, Австрийская империя, ныне Хорватия – 7 января 1943, Нью-Йорк, США) – изобретатель в области электротехники и радиотехники сербского происхождения, инженер, физик. Родился и вырос в Австро-Венгрии, в последующие годы в основном работал во Франции и США. В 1891 году получил гражданство США.
Широко известен благодаря своему вкладу в создание устройств, работающих на переменном токе, многофазных систем, синхронного генератора и асинхронного электродвигателя, позволивших совершить так называемый второй этап промышленной революции. Также известен как сторонник существования эфира благодаря своим многочисленным опытам и экспериментам, имевшим целью показать наличие эфира как особой формы материи, поддающейся использованию в технике.