Пролог
Ночь, дочь Темени.
— Когда же это закончится? — почти простонал Опал, приподнимая край обода серебряной короны и почесывая высокий лоб под ним.
— Приветствия подходят к концу, — утешила я его, пытаясь при этом не испортить заученную аккуратную улыбку, растянутую на лице. Нам, как истинным темным, всегда было неуютно находиться в центре внимания.
Парадный зал уже наполнился переливчатым, а иногда и раскатистым, смехом. В центре зала придворный шут играючи жонглировал вазами из дутого стекла. Слуги наконец распахнули округлые у вершины окна, впуская прохладу и мягкий свет звезд. Еще чуть-чуть и объявят начало танцев. А пока приближенные к трону и их семьи мигрировали из одного конца зала в другой, в поисках знакомых и тех, кому стоило бы представиться.
— И хватит чесаться! — как можно незаметнее скосила я глаза направо, туда, где широкоплечий Опал снова по-детски теребил реликвию нашего рода. — На тебе корона наследника, а не шапка из мышиной шерсти! — Меня злило, когда старший брат совершенно не задумывался и не стеснялся того, как неуместно его небрежные жесты выглядят со стороны. При этом сама я сегодня боялась даже неправильно вздохнуть и тем самым оскорбить кого-то из приглашенных.
— Ненавижу балы, — перехватил эстафету нытья Оникс, когда очередная почтенная пара, чьи имена нам с братьями уже не упомнить, пожелала мне долгих лет жизни и отошла в глубь зала. Оникс был чуть уже старшего брата, но так же высок и статен. Принцы еще в раннем детстве получили от меня прозвище “Сережки” за свою чрезмерную схожесть. К слову, Опал и Оникс в долгу не остались, тогда же нарекли меня бусиной, как самую мелкую.
— Не так уж и скверно стоять рядом с любимой младшей сестрой и помогать принимать ей подарки на совершеннолетие, — отметила я, ничуть не сочувствуя братьям. Это же не им приходилось уже второй час стоять на высоких каблуках и к тому же чувствовать, как шпильки в прическе пытаются проникнуть под череп. Бессмысленно было жаловаться на судьбу, а точнее на могущественную сестру королевы, которая уже больше двадцати лет организовывала все балы в замке. Сегодня нам там троим все равно было не сдвинуться с места. По крайней мере до начала танцев. По велению тетушки мы должны были ждать между двух гранитных колонн, словно без нас опоры сводчатого потолка сбежали бы. А так, безусловно благодаря нашей выдержке, два монументальных черных цилиндра спокойненько стояли и охраняли стол с разноцветными свертками.
— О да, те еще подарочки, — закатил и без того слишком выразительные глаза Оникс. — Тебя порадовало именное место на семейном кладбище, которое выделила наша тетушка Ирга? Или может заинтересовали вот эти крайне острые ножи для разделывания свежей туши оленя, которые тебе вручил наш казначей?
— Это еще что, — фыркнул Опал, разворачиваясь к гостям спиной. — Вот коробочка со снадобьями от верховного лекаря — это действительно странно. — Наследный принц пододвинул к нам обитую кожей коробку с восковой печатью змеи на крышке. Мирно спавшая змейка была разломана пополам.
— Ты ее открыл? — возмутилась я, мигом позабыв о своей улыбке. — Это же мой подарок!
— Конечно открыл, — ничуть не смутился Опал. — Отец же не просто так нас оставил. Мы должны следить, чтобы тебе не вручили ничего опасного.
— И что же там? — Оникс не удержался и накинул на себя полог иллюзии скрывающий от чужих глаз. Мы со старшим братом конечно все равно его видели, одна кровь как никак. — Яды? — сунул он свой любопытный нос в коробку.
Опал по достоинству оценил решение брата и тоже применил семейную магию, оставляя меня одну улыбаться гостям.
— Для усиления мужского желания. От усиленного мужского желания, — слышался веселый голос старшего брата за моей спиной. Интересно, он додумался голос тоже скрыть или нет? — Для женского желания. От женского желания. Для зачатия…
— Прекрати, — шикнула я, пытаясь убедиться, что нас никто не услышал. Уши полыхнули жаром так, что тут же захотелось их растереть.
— Нам таких подарков на совершеннолетие не дарили! — слегка обиженно протянул Оникс. Мой взгляд невольно нашел того самого лекаря с ухоженной седой бородой. Он был старше нашего отца, всегда спокойный и рассудительный. Не похоже, что он любил шутить. — Интересно кому все это надо пить? — Оникс со старшим братом продолжали изучать разноцветные пузырьки за моей спиной. — Скажем, если я захочу усилить желание одной особы, то мне нужно будет самому принять эти капли или попросить девушку принять их?
— Никто это пить не будет, — растеряла я всю свою выдержку, накинула иллюзию на голову и развернулась к братьям. — Спрячу подальше и все! — Я с силой хлопнула ладонью по крышке. В голове уже даже созрел план, где именно: примерно за бумагами о семейном кладбище. Если кто и попытается отыскать подарок лекаря, то ему придется задуматься о ценности жизни, прежде чем пить сомнительные снадобья.