— Тебе вообще не нужна была помощь! Почему никто из вас не убедился, что пленник именно король! — словно старая потертая юла, крутился на одной точке разговора Луч.
— Как бы я убедился? Я в жизни его лицо не видел! — кипела моя голова под тяжелым шлемом.
— От девушки уж точно бы отличил! — указал на очевидное различие Луч, но в следующую секунду выражения лица брата изменилось. — Это ловушка, — в ужасе прошептал он, всматриваясь в лесной массив за моей спиной. Я обернулся. До кромки леса было не больше пятидесяти шагов. Кусты, которые до этого казались спящими, теперь ожили, колыхаясь на ветру и пропуская вперед всадников на вороных лошадях. — Приготовиться! — громогласно приказал брат, возвращаясь в седло.
Копыта синхронно втаптывали остатки травы в черную землю. Воины уже схватились за секиры, готовясь высечь нас, как высекают сорняки с плодородных полей.
— Назад в город! — командовал Луч, проносясь между солдатами. Но мы уже были слишком далеко. Трубное рычание донеслось из-за стен города, и в следующую секунду из высоких ворот выступили слоны. Огромные звери, облачённые в черную броню, перегородили путь к городу. А со стен ввысь взметнулась сотня стрел. Темные не теряли времени зря, и пока светлые отступали, успели перегруппировать свои силы.
Кавалерия обогнула телегу и прошла сквозь нестройный ряд пехоты, как вилка через растопленное масло. Лошади обогнули телегу, ни меня, ни одного члена моего отряда битва не затронула. Складывалось впечатление , будто никто не заметил нашего присутствия, будто чья-то заботливая рука укрыла нас от острых лезвий вражеского оружия. В то время как у городских стен битва превращалась в бойню. Под командованием Луча наши войска с трудом перегруппировались и отступали теперь уже в сторону лагеря.
Я рывком привлек к себе самозванку за ворот одежды. Та вынуждено сделала шаг навстречу, чуть не врезавшись в меня лбом.
— Кто ты? — нервно выдохнул прямо в лицо, спешно решая, что с ней делать. Девушка победно улыбнулась и ответила, смело глядя мне в глаза:
— Пешка.
Даже близость смерти не смогла спугнуть торжество с миловидного лица. Пленница сумела провести меня и тем самым переломить исход битвы. И теперь вряд ли что-то сможет испугать ее. Она была уверена, что сейчас я быстро убью ее, на допросы теперь попросту не хватит отведенного мне времени. А еще она была уверена в том, что через минуту конница сотрет нас со вспаханного копытами поля, будто нас и не было.
— И откуда же в тебе первородная тьма? Пешка? — едко выплюнул я, наслаждаясь замешательством, промелькнувшим на дне карих глаз. — И почему нас не трогают войска твоего короля? — Я почти не сомневался в том, что моя догадка верна.
— Рассвет! Давай руку! — донесся голос брата. Луч мчался ко мне навстречу с протянутой рукой, видимо надеясь, что его резвый конь сможет спасти нас обоих. Мгновение, и жеребец с жалобным ржанием повалился на бок, пронзённый темным клинком. Светлый всадник не успел спрыгнуть и вспорол землю вместе со своим скакуном, придавленный его тяжестью. Наездница в шлеме с вороньим пером обогнула лежащего принца дугой. Видимо решая, пленить или добить противника. Светлые вокруг не заметили падения своего предводителя. Обезумев от страха, они мчались на восток, к лагерю. Но и там они теперь не нашли бы спасения.
Я должен был что-то предпринять, должен был спасти брата. И как раз одна совершенно сумасшедшая идея у меня уже родилась.
— Она умрет первой, — что есть мочи прокричал я, обнажая меч и прикладывая его к тонкой шее, защищенной лишь каштановыми локонами. Всадница резко повернула голову. Вороной конь неохотно развернулся следом.
— Они не остановятся ради меня, — прохрипела незнакомка в королевских доспехах, у чьего горла я держал сверкающее лезвие. — Они убьют твоего брата, а затем тебя.
— Я чую в тебе первородную тьму. — Именно тьма и ее мощь ввела меня в заблуждение, именно она заставила меня поверить в то, что одинокий всадник и есть король. А это могло значить лишь одно — незнакомка в моих руках одной крови с Пеплом. — Только тронь моего брата, и девушка умрет! — повторил я для всадницы в вороньем шлеме, не спешившей теперь добивать моего брата. Этот шлем я тоже узнал, передо мной была предводительница кавалерии, сестра короля. Она и ее войска первыми встретили нас в темных землях две недели назад. Поначалу они устраивали набеги, а потом будто бы пропали.
Всадница медленно направилась в нашу сторону. Девушка в моих руках дернулась то ли от злости, то ли от страха.
— Осторожно, — шепнул я на ухо. — Сталь острая, а твоя кожа такая тонкая. — Убивать за зря не было в моей природе.