— Надо действовать быстро, — кивнул Снег, даже немного трезвея от перспектив.
— И мы будем, — заверил его король, а потом снова обратился ко мне, — А ты разберись с принцессой! — Ткнули в меня пальцем с огромным перстнем. — И чем быстрее, тем лучше!
— До лета еще далеко.
— А кто сказал про лето? — поднял правую бровь король. — В этот раз мы не будем его ждать.
— Мы не можем напасть, пока ночи так длинны, — напомнил я. Воевать с темными всегда непросто, но воевать с ними осенью и зимой — заведомо провально.
— Ты меня вообще слышишь? Мы не сможем долго держать в секрете это, — указал король на кристаллы. — В это раз мы сыграем внезапно. — Он устремил взор в море и явно что-то углядел на горизонте. — Эффект неожиданности гораздо важнее.
Я вгляделся следом и увидел, как на самом краю, там, где море касается неба, вырастают синие паруса.
— Наемники, — узнал я корабли. — Но как? — вылетел вопрос полный неверия. После летних битв казне нечем было заплатить воинам из-за моря.
— Я же сказал, что в этот раз ставлю на карту все.
Глава 14. Выбор Рассвета
Рассвет, сын Пламени.
До этого дня я даже не особо вдавался в детали обряда, который мне все время старалась описать королева. И в мыслях не было, что этот текст может пригодиться. Теперь же приходилось быстро соображать и собираться в путь. Я выбрал самого покладистую кобылу из тяжеловесных. Достал самые теплые и в то же время легкие вещи. В мешок с провизией не забыл положить яблоки и самый свежий хлеб. Воду набрал в роднике за городом, там она точно свободна от магии.
— Рассвет, — вошла мама в оружейную, когда я размышлял над выбором снаряжения. Не удивительно, что королева решила лично проконтролировать сборы сына. Я этого ждал. — Знаю, тебе непросто принять этот приказ отца.
— Еще сложнее будет его выполнить, ваше светлейшество, — Я бросил раздраженный взгляд на магфонарь. Ну зачем в оружейной столько света? Под ним вся сталь блестела одинаково и не давала толком сосредоточиться.
— Это тяжелое испытание, но я уверена, ты с ним справишься, — мягко произнесла королева, подходя ближе и вставая рядом. — А эта темная…
— Ночь спасла мою жизнь, — перебил я, не желая слушать оскорбления в сторону принцессы. Никому в этом еще не признавался, но сейчас чувство неимоверной несправедливости сорвало замок с моих секретов. Для всех вокруг Ночь — просто темная, а моя клятва лишь досадная помеха. Но для меня все было по-другому с самого начала. — Она спасла мою жизнь, понимаешь? — взглянул я на королеву. Изящные брови уже сошлись на переносице, выражая то ли неверие, то ли зреющее негодование. — На обратном пути, уже после окончания битвы, мы вдвоем попали в ловушку. Нам пришлось провести много часов под землей, ожидая помощь, которая так и не появилась. Потом мы чуть не утонули в ледяном озере в попытке выбраться. А затем, когда у обоих сил уже практически не осталось, на меня напала стая разъяренных скопов, — рвано объяснялся я, пытаясь удержать эмоции под контролем. Материнский взгляд с беспокойством бегал по моему лицу. — Я был настолько изможден, что не смог бы с ними справится. А Ночь, — осекся я. Речь всколыхнула в памяти образ мокрой, дрожащей, измученной принцессы. Ее осипший голос из той пещеры до сих пор преследовал меня во снах. — У нее был шанс просто убежать. И ее бы уже никто не нашел. Она бы была свободна. Но вместо этого Ночь спасла меня.
— Луч спас, — вставила королева.
— Поисковый отряд вышел на нас, когда мы уже покинули пещеру. Я не мог двигаться из-за ранения, это темная вытащила меня.
Королева обернулась к дверям, затем к окнам, будто проверяя, что мы точно одни.
— Почему ты молчал?
— Какой смысл об этом говорить? — развел я руками. — Она враг. Ничто не отменит ее крови и принадлежности к роду темных.
— Сын, я, — запнулась королева. Не важно, какие слова мама подбирала сейчас в голове. Она не смогла бы меня утешить или отменить приказ отца.
— Вот, — наконец выбрал я парочку легких кинжалов с закругленным лезвием. — Именно их я и искал. — Острие вошло в кожаные ножны. — Мне пора в путь.
Шаг по дуге к дверям. Еще один.
— Вернись ко мне, — в этот раз королева даже не пыталась меня нагнать. — Вернись ко мне и к своему отцу, — надломился женский голос. По сердцу будто кошки когтями полоснули. Похоже, материнское сердце решило, что ее сын собирается специально провалить обряд. Я не стал ее разубеждать. Услышь она меня раньше, не настаивай так рьяно на обряде очищения, все могло сложиться иначе. Скрип деревянной двери закончил разговор за нас обоих.