Под затянутым серыми облаками небом плечом к плечу застыли двадцать четыре фигуры. Их появление заставило трепетать от страха даже лошадей. Никто не мог понять, за кого воюют эти свет и тьма, пока не начался их танец. Мир ожил. Не задевая друг друга, Скользящие возникали то тут, то там, обезглавливая предводителей отрядов. Глаза только успевали засечь движение, а фигура уже снова уходила за грань. Я обернулся к Ониксу и Опалу — те все так же стелили тень и не спешили перегруппировываться. Танец Скользящих продолжался. В конце концов, моя мать возникла на холме прямо перед Снегом, за пару минут потерявшим всю свою охрану.
— Убийца! — яростно прошипела она.
Снег ухмыльнулся и поднял своего коня на дыбы, пытаясь растоптать мою мать, словно мелкого жука. Ведомый инстинктом защитить, я кинулся следом. Тень перехватила мое движение, нежные руки оплели меня и утащили во мрак. Тело сковало, кости затрещали, но в следующую секунду я уже стоял перед предателем, заслоняя собой королеву. А Ночь растворилась, словно ее и не было рядом.
Копыта пронеслись в опасной близости от моего плеча и чуть не задели ее святейшество. Момент настал. Отточенное движение меча. Выпад и замах. Снег лишился своего скакуна, падая лицом в ледяное месиво под ногами. Тень и свет продолжали парить рядом, стремительным облаком окутывая каждого, кто пытался мне помешать. На Холме нас осталось двое. Даже королева отдала мне право на месть.
Снег выступил первым. Полированный меч взмыл вверх и рассек воздух. Я отбил удар, а затем тут же атаковал. Снег выставлял щит, уворачивался, обходя по дуге, ждал ошибки. Я знал все его приемы. Он давно выучил мои. Замах. Еще один. Разворот и сразу кувырок в обратную сторону.
Затем враг пальнул магией мне прямо в сердце.
— Ты пытаешься задеть меня светом? — не удержал я ухмылки из-за щекотки, расползающейся по телу. — Да ты в отчаянии!
— Ты связался с темными! Ты не достоин первородного света! Почему тебя не загрызли птицы в той пещере? — обвиняюще вопрошал бывший первый офицер увеличивая между нами дистанцию. «Пещере», — мысленно повторил я. Ступор накрыл с головой. Сердце будто перестало биться вовсе. Его остановило нахлынувшее воспоминание, ничего не значащее, как я все это время думал. Смоль! Это же Снег указал мне место, где можно было провалиться. Именно он нашел ручей и звал к нему не Ночь, а именно меня.
Оглушенный собственным воспоминанием, я пропустил удар. Левое плечо прострелило болью, так что я еле удержался на ногах, чтобы отбить наступление противника.
— Это был твой план? — проговорил я, не чувствуя ни губ, ни языка. — Еще задолго до мятежа ты пытался меня убить.
— Никакого мятежа не было бы, — метнул враг фразу, будто отравленную стрелу. — Если бы я не организовал.
Рваный выдох, короткий вдох. Я кинулся в атаку. Ярость придала сил, заставила забыть, сколько длилось сражение у Седьмого холма. Предатель умело отбивался, но неумолимо отступал. В конечном итоге он запутался в ногах и упал. Не давая даже шанса запросить реванш, я пинком откинул выпавший из рук меч.
— Ты уже убивал носителей первородной силы? — издеваясь, проговорил с земли оставшийся без оружия Снег. — Знаешь, какого это, когда твой клинок пронзает плоть, а оттуда хлещет свет? — Я не ответил. — Нет, конечно нет. — Предатель смело смотрел мне прямо в глаза. — Ты не сможешь. В этом наша с тобой разница.
— Мы с тобой разные, — согласился я, не обращая внимания на самодовольную улыбку. — Но не в этом.
Свет и вправду хлынул. Все было кончено.
Скользящие остановили свой танец. Воины света побросали оружие, кто добровольно, кто под натиском тьмы. Проигравшие преклонили колено. А выигравшие в замешательстве оглядывались по сторонам, выискивая темного короля.