Голову будто засунули в барабан. Ночь говорила совсем не громко, но все равно меня оглушила. Чувства захлестнули разум. Колени упрямо сгибались, не желая больше держать мой вес. Я забыл, как жить. Любовь к этому маленькому созданию, о котором я и узнал-то всего секунду назад, накрыла с головой, да так что и не вынырнуть теперь.
Девочка лукаво сверкала росой на глубине ясных глаз, наблюдая за тем, как я пытаюсь совладать с чувствами.
— Венера, — повторил я за женой. — Наша дочь.
Ночь протянула мне сверток. Кажется, легче было пройти еще одну войну, чем взять на руки хрупкое, почти ничего не весящее создание.
Выдох. Вдох. Выдох.
— Моя звездочка, — сбивчиво произнес я и очень аккуратно подставил руки под малышку.
— Она крепче, чем кажется, — приободрила Ночь, пока мы с Венерой пропитывались теплом друг друга.
— Вся в мать, — отозвался я, невольно улыбаясь. — Ты поэтому не приходила?
— Да. Слишком большой риск, — кивнула Ночь. — Я почти сразу поняла, что она будет светлой, как и ее отец. Путь через мрак закрылся для меня на долгие месяцы. Пока не появилась первая в истории наследница сразу двух династий, — ласково улыбалась дочери хранительница темной короны. — Она может стать самой сильной фигурой, когда вырастет. Мы решили держать беременность, а потом и факт существования юной принцессы, втайне ото всех. Знают только отец и братья. Я не могла доверить эту новость даже бумаге, чтобы сообщить тебе. А Опал и Оникс не согласились оставлять меня без присмотра. — Ночь подняла на меня настороженный взгляд. — Хотя, думаю, твоя мать обо всем догадалась и так. Она ничего не спрашивала, но мы уже несколько месяцев получаем от нее самые спелые фрукты из Никаирии.
— Похоже, мама оказалась мудрее меня. — Королева ни словом не обмолвилась про фрукты, ни разу не поделилась своей догадкой. Она понимала, что я покину столицу в тот же день, как узнаю правду.
— Ты злишься? — спустя несколько ударов сердца спросила Ночь.
— Наверное бы, злился, — кивнул я, рассматривая забавные складочки на коже и пухлые пальчики. — На себя. — добавил следом. — Злился, если бы не был бы так счастлив. — Венере наконец надоело изучать мое лицо. Голубые глаза медленно закрывались, и малышка проваливалась в безмятежный сон. — Нужно было раньше приехать, — продолжил я чуть тише. — Вы обе очень сильно рисковали, а меня не было рядом. — Я поднял глаза на жену и снова увидел прекрасную незнакомку со сталью во взгляде. Всегда знал, что она сильная. Всегда знал, что она может вынести многое. Понимал, в какой опасности будут наши дети. Но даже представить не мог, что ей придется через это проходить без меня. — Ты самая лучшая, — прошептал я.
В ответ Ночь крепко меня обняла:
— Как я рада, что ты приехал.
Наша крохотная дочь сладко посапывала у меня на руках. А мы так и стояли и никак не могли надышаться друг другом.
Глава 30. Свет никогда не был врагом
Ночь, мать Венеры
Я вошла в комнату, покрытую мраком: плотные шторы закрывали окна. Таз с ключевой водой стоял у изголовья кровати. Укрытая пуховым одеялом королева безмятежно спала и видела уже тысячный сон. Отец сидел в своем глубоком кресле, вытянув ноги на медвежьей шкуре, и дремал. Тяжелая корона была отставлена на круглый столик, рядом с высокой стопкой непрочитанных писем и донесений.
— Отец, — тихо позвала я, опускаясь на колени на шкуру рядом с владыкой.
Король открыл глаза, первым делом прошелся взглядом по кровати в центре комнаты и лишь затем повернулся ко мне.
— Ты нужен Опалу, — как можно мягче сказала я.
— Так пусть придет, — спросонья нахмурился король. — Ты же знаешь, я не люблю оставлять Темень. — Полный любви и боли взгляд снова упал на королеву.
— Опал сегодня женится, — мягко напомнила я. — Иди и обними его. Я побуду с мамой.
— Она бы этого хотела, — проговорил он сам себе. Отец медленно встал, подошел к кровати, взял маму за руку и поцеловал пальцы. — Я быстро, любовь моя. Только благословлю нашего сына и вернусь. — Сделав два шага, Пепел остановился. — А Венера? — вспомнил он о внучке.
— Рассвет рядом с ней.
Король кивнул и молча вышел, а я села на кровать к матери. Глаза и губы сомкнуты, грудь еще вздымается, но все лекари в один голос утверждают, что ей оставалось недолго. Они уже почти год это утверждали — Темень оказалась сильнее всех прогнозов. Отец вливал в нее силу каждый день. Он просто не мог ее опустить.