— Отец дал четкий приказ, — покачал я головой, отгоняя коварный соблазн. Волей светлейшего мне был отрезан путь в гущу событий. Он не собирался рисковать обоими сыновьями за раз. Раньше это казалось логичным. До того момента, как я осознал, что рисковать и побеждать — роскошь доступная только старшему сыну. — Нужно сторожить ворота.
— Твоего отца здесь нет! — изрек очевидное Снег. — Возможно, битва пошла не по его замыслу, и мы должны перегруппироваться.
— О, надо же, любимый племянник сомневается в решениях своего дяди, — попытался поддеть я неугомонного родственника.
— Луч затмит тебя, как и всегда, — отвечал провокацией на провокацию первый офицер. С самого детства Снег был предельно честен в своих высказываниях на мой счет. Я платил ему той же монетой.
— Тебя же не моя слава беспокоит, — скосил я глаза на того, кого знал, казалось, всю жизнь.
— Ну допустим, моя слава меня тоже беспокоит, — не стал скрывать намерения Снег. — Но это не значит, что я не желаю тебе добра. Посмотри на свой отряд, — он продолжал использовать меч как указку. — Трусы, — не заботясь, что воины его услышат, констатировал первый офицер. — Даже сейчас, когда практически все решено, они продолжают молиться, чтобы битва их миновала.
— Ты их недооцениваешь. — Я поднял голову к крышам одноэтажных построек, где лучники отряда заменили собой флюгера. — Их меткость с лихвой окупит отсутствие смелости.
— Нам не место среди них! — с нажимом произнес Снег, будто только для него одного все было очевидно. — Наше место там! В самом эпицентре событий! Там, где появится хотя бы шанс проявить себя.
— Думаешь, я не желаю оказаться там? — выпалил я, не сдержавшись. — Найти принцев тьмы и лично лишить каждого из них жизни? Чтоб уж точно ни один из них не успел занять место отца?
— Так пойдем и найдем их! — канючил Снег. — Оставь лучников, да хоть весь отряд оставь! Пойдем, проберемся к замку и отхватим свой кусок славы!
Я посмотрел на натертый до блеска меч с рукоятью из слоновой кости. За день его лезвие так и не коснулось вражеской плоти. Сколько турниров я с ним прошел? Десять? Нет. Наверное, уже больше. Я раз за разом выигрывал шуточные бои под вздохи придворных, но в реальной битве снова оказался на обочине. Однако служба королю и не должна быть простой и приятной. Моя верность — то, на что может опереться отец, а когда-нибудь на нее сможет опереться и брат. Точно так же, как я полагаюсь на верность Снега. Да, первый офицер не боялся сказать мне в лицо то, что думает, но именно его плечо всегда было рядом. Служба не должна быть приятной, но она должна быть оплаченной. Племянник короля истосковался по боям, и я его понимал.
— Первый офицер, — я сменил тон со спокойного на строгий. — Слушайте мой приказ.
Удивленный переменой моего настроения Снег спрыгнул с повозки и по-военному подобрался.
— Отправляйтесь к моему брату, — в светло-серых глазах зародилась несмелая надежда. — И оставайтесь рядом с ним, пока …
Вдруг до уха донесся ритмичный цокот копыт. Я обернулся, позабыв о собственном приказе. Легко угадываемый звук постепенно усиливался, приковывая внимание к мрачному повороту в конце улицы. Из-за крайнего дома выскочил всадник на вороном коне. Он галопом помчался на нас, словно вовсе не замечая наши светлые фигуры на своем пути.
— Пепел, — в ужасе выдохнул кто-то позади меня. Не узнать шипованный шлем было невозможно. Во всех светлых и темных землях не найдется паренька, который не знал бы легенды о черном принце, оставляющем после себя лишь пепелище. Его тьма была так сильна, что ни один светлый не мог устоять. А ведь это было еще до коронации! Теперь же сам король темных несся к границе города, туда, где его могла встретить лишь горстка светлых. Он был настолько уверен в своем коне, что даже меч из ножен доставать не стал, упрямо мчась к краю города.
— Лучники! Цельсь! — как можно громче скомандовал я. — Пускай!
Стрелы с белым оперением попали в цель, но отлетели от брони, так и не добравшись до плоти. Всадник на полном ходу своего скакуна выставил ладонь перед собой и выпустил волну тьмы. Вначале она настигла лучников, и те покатились с крыш вниз под звук дребезжащей черепицы. Затем стоящий чуть впереди меня Снег упал на колени. В следующее мгновение тьма накрыла с головой. Я закрыл глаза, обращаясь к первородному свету внутри себя, а когда открыл, оказалось, что на ногах устоял лишь я один.