Пепел продолжал мчаться. Теперь либо король темных будет опрокинут моим мечом, либо я буду затоптан под копытами его коня. Все как на турнире. Только в этот раз два отточенных временем движения отделяли меня не от проигрыша, а от смерти. Главное выверить момент.
Копыта вороного коня взбивали дорожную пыль все ближе.
Удар сердца.
Еще один.
На вдохе я подкинул в руке клинок, а затем на выдохе с размаху рассек им воздух. С громким лязганьем его темнейшество упал наземь, опрокидывая меня следом.
Получилось.
Едкий запах первородной тьмы ударил в нос, побуждая прикрыться рукой. Запах королевской силы ни с чем не перепутаешь. Темный потянулся к ножнам, но я добрался раньше.
— Вяжите его! — срезав ремешок с оружием, велел я, и солдаты разом накинулись на опрокинутого всадника, ожидая сопротивления. Но тьма схлынула, отступила, растворяясь в воздухе, позволяя нам вновь дышать полной грудью. Король темных, то ли смирившись, то ли придержав силы на потом, лежал посреди дороги, под грудой вражеских тел.
— Ты пленил Пепла! — не мог поверить в происходящее Снег, подбирая слетевший с телеги шлем. Как только до солдат дошел смысл короткой фразы, на лицах всех присутствующих проступило потрясение вперемешку со страхом и едва заметным ликованием. — Опрокинул его с коня! Да еще и ночью! Тогда, когда его магия сильнее всего! — Похоже, вместо списка ближайших шагов, Снег уже сочинял начало баллады, со мной в роли главного действующего лица.
— Соберись, — посоветовал я, передавая первому офицеру меч короля. — Надо сообщить Лучу. — Пепел был повержен, но пока еще не пленен. В родном городе ему даже земля может стать помощником. Ни говоря уже о тени, и королеве, которая может в ней прятаться.
— Я сообщу! — проморгавшись, выпалил Снег и, даже не ожидая моего согласия, помчался в сторону замка. При этом трофейный меч первый офицер держал на вытянутых руках впереди себя, словно боясь потерять по дороге. — Скажу военачальнику, что король темных у нас!
Глава 3. Гамбит
Рассвет, сын Пламени.
Я снял с запястья защитный браслет с граненым камнем и застегнул его на руке короля. Прямо так, поверх перчатки. Гелиолит, камень заряженный отцом, должен был защищать меня от первородной тьмы. Он не даст Пеплу раствориться в мире теней.
— Нельзя терять ни минуты! В повозку его! — указал я на телегу, грузоподъемность которой уже была проверена первым офицером.
Мы закинули перевязанного беглеца в скрипучую повозку, словно готовую к убою свинью, и как можно быстрее покатили в лагерь.
Поле за городом давно погрузилось во тьму. Неясный свет звезд не помогал, лишь создавал объемные тени на неровной поверхности под ногами. Солдаты спотыкались о коряги и брошенную кем-то амуницию. Телега скрипела при преодолении каждой, даже самой маленькой, кочки. Где-то вдали работали лекари, помогая добраться до укрытия раненным. Днем эпицентр битвы был левее от ухабистой дороги. Там, в поле, до сих пор могли разбойничать отщепенцы войск темного владыки. Но меня больше волновал лиственный лес, раскинувшийся по правому флангу. Даже сейчас тени вырисовывали зловещие силуэты, будто обещая скорую расплату для каждого светлого, кто осмелится туда войти.
— Лишь бы гнилые колеса не развалились до лагеря, — сбивая дыхание проговорил лучник в дымчатых доспехах, когда мы преодолели четверть пути. Запоздало осознав, что массивный шлем короля выпирает даже поверх бортов телеги, я сорвал с себя плащ и укрыл им пленника. Так со стороны будет казаться, что мы везем павшего соратника.
Светлые обосновались на лысом холме, территорию охраняли четыре Скользящих в огне, последовательницы ее светлейшества, наделенные особой силой. Туда тьма пробраться не сможет. Но вот по дороге наш маленький отряд было слишком легко разбить.
Мы бесшумно мчались по открытой местности, стараясь огибать самые глубокие ухабы и колдобины. На нашу беду, в это время суток удача благоволила темным. Дерево треснуло, и одна из двух рукоятей телеги отвалилась. Я чудом успел подставить руку под борт так, чтобы наш пленник не опрокинулся наземь.
— Вот смоль! — выругался солдат, державший отломанную часть.
В этот момент за нашими спинами послышалось лязганье стали и чьи-то неразборчивые голоса. Из восточных ворот города начала отступление светлая пехота. Копейщики и лучники спешили к нам на подмогу. Мечники прикрывали тыл.