Внезапно снаружи раздался слабый треск — металл звякнул о металл, и мои сенсоры мигнули, сканируя тьму за стенами. Я замер, устройство в моих руках стало тяжёлым, но его свет не угас, освещая мой путь. Напряжение вернулось, но теперь оно было моим союзником — я был готов встретить их, с этим оружием, с этой решимостью, что горела во мне ярче, чем когда-либо.
Тьма разрушенного города сгустилась, её холодные объятия стиснули узкие улицы, что вились среди руин, как вены мёртвого тела. Я, Нокаут, покинул склад, мои ботинки звякали по разбитому асфальту, усеянному трещинами и обломками, что хрустели подо мной, как кости давно забытых машин. Стены зданий, покосившиеся и покрытые ржавчиной, поднимались вокруг, их пустые окна зияли, как глазницы, что следили за каждым моим шагом. Ветер гнал пыль и пепел, что оседали на моей тёмно-красной броне, её шрамы блестели в слабом свете луны, пробивавшемся сквозь рваные облака. Мое устройство — оружие против разломов — лежало в моих руках, его багрово-золотой свет пульсировал, как сердце, готовое к бою.
Тишина ночи разорвалась гулом — низким, зловещим, что поднимался из теней. Мои сенсоры мигнули, сузившись, и я замер, сканируя мрак. Они нашли меня — дроны Квинтессонов вынырнули из-за угла, их багровые глаза-линзы вспыхнули в темноте, как факелы, что жаждали моей искры. Их крылья резали воздух, издавая резкий свист, а когтистые лапы скребли по стенам, оставляя искры и царапины. Три силуэта — быстрые, неумолимые — двигались ко мне, их металлические тела блестели в лунном свете, а гул их двигателей стал громче, заглушая вой ветра. Они были охотниками, а я — добычей, но я не собирался сдаваться.
Я сжал оружие, его свет стал ярче, озаряя узкую улицу, и отступил назад, мои ботинки скользнули по пыли.
— Пришли за мной? — крикнул я, мой голос был напряжённым, боевым, перекрывая их гул.
— Тогда попробуйте взять! — Мои пальцы нашли спуск, и я приготовился, моя искра билась в ритме адреналина, что вскипел во мне, как топливо перед взрывом. Один из дронов метнулся вперёд, его когти блеснули, целясь в мою броню, и я выстрелил — луч багрово-золотой энергии вырвался из ствола, разорвав темноту, и ударил в его грудь. Дрон рухнул, его обломки разлетелись по улице, но остальные не остановились, их глаза сузились, полные ярости.
Я рванулся в сторону, ныряя за обломок стены, когда второй дрон выстрелил — луч пронёсся мимо, опалив мою броню, и я почувствовал жар, что оставил новый шрам на моём плече. Мои сенсоры горели янтарным светом, фиксируя их движение, и я выскочил из укрытия, стреляя снова. Второй дрон завис, его крылья треснули под ударом, но третий был уже рядом — его когти полоснули по моей спине, и я зашипел от боли, чувствуя, как энергия сочится из раны. Улица стала полем боя, её узкие проходы сжимали нас, как тиски, и каждый шаг был борьбой за выживание.
Я развернулся, мои ноги дрожали, но оружие в моих руках пело, его свет озарял ночь, как маяк в этом хаосе. Адреналин гнал меня вперёд, смешиваясь с чувством опасности, что висело в воздухе, острое, как лезвие. Дроны окружали меня, их багровые глаза светились в темноте, но я был готов — готов сражаться, готов показать, что их добыча может кусаться. Моя броня звякнула, когда я занёс оружие для следующего выстрела, и напряжённая тишина между взрывами стала моим вызовом — они нашли меня, но я найду способ их остановить.
Узкие улицы разрушенного города превратились в арену, где тьма и обломки стали свидетелями моей борьбы. Я, Нокаут, стоял среди хаоса, окружённый рваными тенями зданий, чьи остовы громоздились вокруг, как надгробия прошлого. Пол под моими ботинками был усеян обломками — кусками ржавого металла, осколками стекла, проводами, что шипели, выбрасывая искры в воздух. Моя тёмно-красная броня, покрытая пылью и шрамами, звенела с каждым движением, её пластины дрожали под напором боя, что разгорелся вокруг меня. Дроны Квинтессонов — их багровые глаза горели в ночи — кружили надо мной, их крылья гудели, как рой, готовый раздавить меня своей яростью.
Я сжал оружие в руках, его багрово-золотой свет пульсировал, отражаясь в моих сенсорах, что горели янтарным огнём. Первый дрон метнулся ко мне, его когти блеснули, целясь в мою грудь, но я выстрелил — вспышка энергии вырвалась из ствола, разорвав темноту, и ударила в его корпус. Он взорвался в воздухе, обломки разлетелись, как звёзды, падающие в пропасть, и я почувствовал, как захватывающее чувство боя вскипело во мне, смешиваясь с ноткой боли от ран, что уже кровоточили на моей броне. — Это вам за всё! — крикнул я, мой голос был хриплым, героическим, перекрывая гул их двигателей.