— Если это ловушка, я вырежу путь! — Его клинок вспыхнул ярче, но он последовал за группой, его взгляд был полон сдерживаемой ярости.
Нокаут, перепрыгивая воронку, фыркнул, его алая оптика блеснула. Он пробормотал, тон саркастичный:
— Склады, конечно. — Он выстрелил из импульсатора, отбрасывая мелкий обломок, и добавил:
— Если там ждут искажённые, я беру отпуск! — Его ловкость, использующая окружение, контрастировала с его словами.
Камера показала их продвижение через опасную зону: Элита, ведущая группу через узкую улицу, где горящие здания отбрасывали тени; Орион, прикрывающий фланг, его меч готов к бою; Мегатрон, чья броня гудела, как буря, но он держался плана; Нокаут, крадущийся последним, его импульсатор мигал. Панорама Иакона раскрыла разрушенные улицы, где патрули искажённых и осадные орудия создавали лабиринт смерти, а герои, их слаженность, рождённая в напряжении, была их единственным шансом. Звуки выстрелов, треск огня и гул Разлома сливались в динамичную симфонию, а их первые шаги в огонь стали крещением их миссии.
Сердце Иакона билось в агонии, его разрушенные улицы, пропитанные гарью и энергонами, дрожали под ударами осадных орудий Тени Прайма. Герои, пробираясь через лабиринт обломков и теней, оставили за спиной перекрёсток, где патрули искажённых едва не обнаружили их. План Элиты-1, скорректированный Орионом, вёл их через склады к мосту Сигма, но каждый шаг был испытанием, где напряжение и адреналин сплетались в тугой узел. Внезапно, в полуразрушенном складе, чьи стены, покрытые трещинами, едва держались, их путь пересёкся с неожиданным светом — яркими вспышками сварки и хаотичным звоном металла. Там, среди проводов, обломков и странных устройств, они наткнулись на Уилджека, эксцентричного автобота-учёного, чья мастерская, словно оазис безумия, пылала гениальностью на грани катастрофы. Его появление, как искра в тёмной ночи, принесло проблеск надежды, но и волну напряжения, смешанного с юмором, в их опасную миссию.
Камера ворвалась в склад, раскрывая хаотичную панораму: полуразрушенные стены, усеянные пробоинами, через которые багровый свет Разлома проникал, как кровь; груды обломков, где искры от сварки взлетали, как звёзды; столы, заваленные проводами, чертежами и мигающими устройствами, чьи экраны излучали нестабильный свет. В центре этого хаоса возвышалась древняя оборонительная турель, её ствол, покрытый ржавчиной, был разобран, а вокруг неё суетился Уилджек. Яркие вспышки от его сварочного инструмента освещали помещение, создавая танец света и тени, а звон металла и шипение проводов сливались в какофонию, заглушая далёкий гул осадных орудий. Крупный план показал мастерскую: чертежи, нацарапанные на обрывках металла, мигающие энергоячейки, и странное устройство, похожее на прототип оружия, чьи провода искрили, как живые.
Уилджек, чья броня, бело-красно-зелёная, была покрыта копотью и следами сварочных искр, двигался с лихорадочной энергией. Его угловатая фигура, с массивными плечами и тонкими манипуляторами, казалась воплощением хаотичного гения. Его оптика, ярко-голубая, блестела безумным энтузиазмом, а лицо, с острыми чертами и лёгкой асимметрией от старых шрамов, отражало одержимость. Он что-то бормотал, перескакивая с темы на тему, его голос, высокий и быстрый, звенел, как перегруженный процессор:
— Энергия, энергия, вот в чём дело! — Он ударил гаечным ключом по турели, искры посыпались. — Если стабилизировать ядро, она даст залп! Или взорвётся… Ха, да, взорвётся! Но это тоже вариант! — Его манипуляторы мелькали, соединяя провода, а его броня гудела, как будто разделяя его возбуждение.
Элита-1, чья золотисто-розовая броня сверкала, несмотря на пыль, вошла первой, её изумрудная оптика сузилась, оценивая хаос. Её лицо, изящное, но напряжённое, отражало смесь настороженности и любопытства. Она подняла руку, сигнализируя группе остановиться, и произнесла, голос властный, но с ноткой удивления:
— Назови себя! — Она шагнула ближе, её энергонные клинки, спрятанные в предплечьях, мигнули зелёным.
— И объясни, что ты делаешь в этом… бедламе. — Её голографический интерфейс мигнул, сканируя Уилджека, но её взгляд был прикован к его суетливым движениям.
Уилджек, не отрываясь от турели, бросил взгляд на Элиту, его голубая оптика вспыхнула, и он выпалил, слова сыпались, как искры:
— Уилджек, гений, изобретатель, спаситель Кибертрона, если хотите! — Он указал на турель, его манипулятор дрожал от возбуждения.
— Это малышка может пробить искажённых, если я найду… где же этот кристалл?! — Он нырнул под стол, провода загремели, и добавил, голос приглушённый: