— Вы кто? Друзья? Враги? Если враги, то я… ну, я придумаю что-нибудь!
Орион Пакс, чья красно-синяя броня искрила под слоем копоти, вошёл следом, его синяя оптика вспыхнула, анализируя мастерскую. Кристалл "Эха Искры" в его груди пульсировал, отбрасывая блики на его резкое, израненное лицо, где тревога смешивалась с надеждой. Он шагнул к Уилджеку, его голос, хриплый, но спокойный, прозвучал:
— Мы автоботы. — Он указал на группу, его броня загудела тихо.
— Идём к Айронхайду в сектор Тета-9. Ты можешь помочь? — Его оптика сузилась, улавливая хаос вокруг, но его взгляд, брошенный на Уилджека, был полон доверия.
Мегатрон, чья серебристая броня гудела, как буря, ввалился в склад, его красная оптика пылала, отражая вспышки сварки. Его угловатое лицо, пересечённое шрамами, искажала гримаса раздражения, а энергонный клинок в его руке искрил багровым. Он сжал кулак, искры посыпались, и рявкнул, голос громовой:
— Помочь? — Он указал на турель, его оптика сузилась.
— Это рухлядь не остановит Тень Прайма! Нам нужно оружие, а не игрушки! — Его тень нависла над мастерской, но в его ярости мелькнула тень любопытства к изобретениям Уилджека.
Нокаут, чья броня цвета красного вина искрила, как тлеющий костёр, вошёл последним, его алая оптика блеснула, осматривая хаос. Его острое лицо, покрытое царапинами, искажала слабая усмешка, скрывающая тревогу. Он скрестил руки, импульсатор на его бедре мигнул голубым, и пробормотал, голос пропитанный чёрным юмором:
— О, да, мастерская мечты. — Он кивнул на груду проводов, его усмешка дрогнула.
— Если это взорвётся, я хочу быть подальше. Кто этот псих? — Его взгляд, брошенный на Уилджека, был полон скептицизма, но и лёгкого восхищения.
Камера показала динамичные кадры: Уилджек, мелькающий между устройствами, его сварочный инструмент, изрыгающий искры; Элита, стоящая у входа, её клинки готовы к бою; Орион, осматривающий чертежи, его меч наготове; Мегатрон, чья тень заполнила мастерскую, его клинок искрил; Нокаут, крадущийся вдоль стены, его импульсатор мигал. Крупные планы запечатлели детали: чертежи, нацарапанные на металле, с изображением турели; энергоячейка, мигающая нестабильным светом; лицо Уилджека, его голубая оптика, пылающая гениальностью. Панорама склада раскрыла хаос лаборатории, где багровый свет Разлома проникал через пробоины, а далёкий гул осадных орудий напоминал о войне снаружи.
Уилджек вынырнул из-под стола, держа треснувший кристалл, и выпалил, его голос звенел от восторга:
— Айронхайд, да? Сектор Тета-9? Отлично! — Он указал на турель, его манипуляторы мелькали.
— Если эта малышка заработает, она пробьёт их линию! Но нужен стабилизатор… или энергия Разлома! Ха, это идея! — Он замер, его оптика вспыхнула, и добавил, тон внезапно серьёзный:
— Но если вы идёте к Айронхайду, я с вами. Эта война не выиграется в одиночку.
Элита кивнула, её изумрудная оптика сузилась, и она произнесла, голос твёрдый:
— Если твоя турель работает, ты с нами. — Она указала на устройство, её пальцы сжались.
— Но без взрывов. — Её взгляд, брошенный на Ориона, был полон доверия.
Орион шагнул к Уилджеку, его синяя оптика вспыхнула, и он сказал, тон примиряющий:
— Покажи, что она может. — Он указал на турель, его броня искрила.
— Если это даст нам шанс, мы возьмём риск. — Его кристалл "Эха Искры" пульсировал, как будто поддерживая его слова.
Мегатрон хмыкнул, его красная оптика сузилась, но он шагнул ближе, броня загудела тише. Он пробормотал, тон скептический:
— Если эта штука не развалится, я подумаю. — Его взгляд, брошенный на Уилджека, был полон вызова.
Нокаут фыркнул, его алая оптика блеснула, и он пробормотал, тон саркастичный:
— Гениально. — Он покачал головой.
— Если мы взлетим на воздух, я виню тебя, Пакс. — Его усмешка вернулась, но была мягче, а его взгляд, брошенный на турель, был полон любопытства.
Камера показала мастерскую Уилджека, где искры от сварки и гул устройств сливались в симфонию гениальности. Панорама Иакона за стенами напомнила о войне, но здесь, в хаосе лаборатории, зародилась искра надежды. Уилджек, гений на грани, стал их неожиданным союзником, а его турель — ключом, который мог изменить ход их миссии.
В полуразрушенном складе, где хаос Уилджека превратился в очаг гениальности, искры от сварки ещё тлели в воздухе, а звон металла и шипение проводов создавали какофонию, заглушающую далёкий гул осадных орудий Иакона. Багровый свет Разлома, проникающий через пробоины в стенах, отбрасывал зловещие тени на груды обломков и странные устройства, а древняя оборонительная турель, над которой трудился Уилджек, стояла, как памятник его одержимости. Герои, окружившие учёного, переглядывались, их броня искрила под слоем пыли, а искры в их груди пульсировали, отражая смесь надежды и тревоги. Встреча с Уилджеком, его безумной энергией и обещанием присоединиться к миссии, зажгла искру веры, но его следующий шаг — раскрытие плана, связанного с нестабильным ЭМИ-устройством — окутал их атмосферой напряжённой интриги, где надежда боролась со скептицизмом. Это был момент, когда их путь к Айронхайду стал ещё опаснее, а изобретение Уилджека, названное им "Судным Днём", могло стать либо спасением, либо катастрофой.