Орион Пакс, чья красно-синяя броня искрила, рванулся к Тени Прайма, его меч, сияющий голубым, рассёк воздух. Кристалл "Эха Искры" в его груди пульсировал, как сердце, а его резкое, израненное лицо отражало героизм, укрощающий отчаяние. Он крикнул, голос хриплый, но твёрдый:
— Мегатрон, фланг! — Он уклонился от когтей Тени, его меч скрестился с её энергией, искры полетели.
— Мы берём его вместе! — Его броня загудела, а его взгляд, брошенный на Мегатрона, был полон решимости, несмотря на их разногласия.
Мегатрон, чья серебристая броня гудела, как буря, врезался в Тень Прайма с другой стороны, его энергонный клинок, пылающий багровым, рубанул по её броне, оставляя борозду. Его красная оптика пылала, а угловатое лицо, пересечённое шрамами, исказила гримаса ярости. Он прорычал, голос громовой:
— Пакс, не командуй! — Он ударил кулаком, Тень пошатнулась, и он рассмеялся.
— Эта тварь — моя добыча! — Его тень заполнила зал, но его взгляд, брошенный на Ориона, мелькнул тенью уважения.
Тень Прайма, чья броня искрила, выпустила багровую волну энергии, отбрасывая обоих. Его голос, как раскат грома, сотряс зал:
— Ваши искры — ничто! — Он поднял когти, и кристалл вспыхнул, испуская лучи, что разнесли колонну.
— Разлом поглотит вас! — Его визр, треснувший, пылал, а его движения, тяжёлые, но стремительные, были подобны буре.
Элита-1, чья золотисто-розовая броня сверкала, сражалась со стражами, её клинки, пылающие зелёным, разрубали их броню. Её изумрудная оптика пылала, а изящное, но напряжённое лицо отражало решимость. Она крикнула, голос властный:
— Держите стражей! — Она уклонилась от когтей, её клинки скрестились с врагом.
— Орион, Мегатрон, бейте кристалл! — Её голографический интерфейс мигнул, сканируя поле, а её взгляд, брошенный на Айронхайда, был полон доверия.
Айронхайд, чья тёмно-красная броня, покрытая шрамами, гудела, вёл огонь из плазменного карабина, разнося стражей. Его грубое лицо, с алыми оптиками, исказила гримаса упрямства. Он рявкнул, голос грубый:
— Чёрт, их слишком много! — Он выстрелил, плазма разнесла стража, и он указал на Тень.
— Пакс, кончай его, или я сам полезу! — Его броня искрила, а его взгляд, брошенный на Нокаута, был полон вызова.
Нокаут, чья броня цвета красного вина искрила, прикрывал фланг, его импульсатор изрыгал голубые вспышки. Его острое лицо, покрытое царапинами, искажала усмешка, скрывающая напряжение. Он фыркнул, голос пропитан чёрным юмором:
— О, да, тронный бой мечты! — Он выстрелил в стража, уклонившись от когтей.
— Уилджек, не сиди, гений! — Его алая оптика блеснула, а его взгляд, брошенный на Элиту, был полон решимости.
Уилджек, чья бело-красно-зелёная броня дрожала, прятался за обломком, его голубая оптика пылала паникой. Он сжимал сканер, его манипуляторы мелькали, пытаясь пробить защиту кристалла. Он крикнул, голос высокий и ломкий:
— Я почти у кристалла! — Он указал на трон, сканер мигнул.
— Но защита сильна! Отвлеките его! — Его броня искрила, а его взгляд, брошенный на Ориона, был полон отчаяния.
Камера показала яростную хореографию боя: Орион и Мегатрон, атакующие Тень Прайма, их клинки — голубой и багровый — сияют в тандеме; Элита, разрубая стражей, её клинки танцуют; Айронхайд, ведущий огонь, его карабин гудит; Нокаут, прикрывающий фланг, его импульсатор искрит; Уилджек, пробирающийся к трону, его сканер мигает. Крупные планы запечатлели детали: багровая волна Тени, разрывающая пол; искры, летящие от клинка Мегатрона, рубящего броню; голубое сияние кристалла "Эха Искры" Ориона, пульсирующее в такт бою. Панорама зала раскрыла разрушение: колонны, рушащиеся в пыль; трон, трескающийся от энергии; багровый свет Разлома, заливающий всё.