Орион Пакс, его красно-синяя броня, покрытая пылью и свежими вмятинами, отражала отблески пламени. Его голубая оптика, сияющая, как чистый энергон, была полна боли и решимости, но в ней мерцала тень отчаяния — осознание того, что он сражается против друга, которого когда-то называл братом. Символ автоботов на его груди горел мягким голубым светом, словно пытаясь удержать его веру в надежду. В его руках был бластер, но он держал его с осторожностью, его движения были быстрыми, но выверенными, отражая его боевой стиль — точный, защитный, стремящийся минимизировать разрушения.
Мегатрон, напротив, возвышался как титан, выкованный в шахтах Каона. Его тёмно-серая броня с багровыми акцентами, покрытая шрамами и следами битвы, отражала багровый свет Разлома, придавая ему зловещий вид. Его красная оптика пылала яростью, но в её глубине мелькала тень боли — боль предательства, которое он приписывал Ориону. Символ десептиконов — сжатый кулак — сиял на его груди, как знамя его безжалостной силы. В одной руке он сжимал массивный клинок, в другой — плазменную пушку, и его боевой стиль был яростным, разрушительным, словно он стремился сокрушить всё на своём пути.
Битва вокруг них бушевала: автоботы и десептиконы сражались в руинах, их символы — голубой и багровый — мелькали в дыму. Айронхайд, уклоняясь от выстрелов, отбивал атаки десептиконов, его массивная броня скрипела под ударами. Нокаут, с лёгкой усмешкой, стрелял из своего бластера, его глянцевая чёрно-красная броня блестела в свете взрывов. Элита-1, её золотисто-розовая броня сверкающая, пыталась остановить хаос, её меч рассекал воздух, но её крики о мире тонули в грохоте.
Орион и Мегатрон, словно магниты, притянулись друг к другу в центре склада. Их взгляды встретились, и на мгновение мир вокруг замедлился. Орион шагнул вперёд, его голос, дрожащий от эмоций, прорезал шум битвы.
— Мегатрон, остановись! — крикнул он, его голубая оптика вспыхнула.
— Мы не должны быть врагами! Мы сражались вместе, ради Кибертрона!
Мегатрон издал низкий, горький смешок, его клинок сверкнул, когда он поднял его, готовясь к удару.
— Вместе? — прорычал он, его голос был полон ярости и боли.
— Ты предал меня, Пакс! Твоя слабость, твои мечты о спасении — они разрушают всё, за что мы боролись!
Орион уклонился от первого удара, клинок Мегатрона рассёк воздух, расколов металлическую балку позади него. Искры полетели во все стороны, а склад затрясся от силы удара. Орион ответил выстрелом из бластера, но Мегатрон блокировал его своим клинком, и плазма рикошетом ушла в стену, вызвав новый взрыв. Их бой был зрелищным, хореография их движений отражала их противоположные натуры: Орион, лёгкий и точный, пытался сдержать Мегатрона, избегая лишних разрушений, в то время как Мегатрон, яростный и неудержимый, сокрушал всё вокруг, его удары оставляли вмятины в полу и стенах.
— Ты называешь это предательством? — крикнул Орион, уклоняясь от очередного удара и стреляя в ответ. Его голос дрожал от боли.
— Я верю в Кибертрон, где каждый имеет значение! Ты хочешь править пеплом!
Мегатрон, отбив выстрел, бросился вперёд, его кулак, усиленный багровым сиянием символа десептиконов, ударил Ориона в грудь, отбросив его к стене. Склад задрожал, куски металла посыпались с потолка.
— Пепел? — прорычал Мегатрон, его красная оптика пылала.
— Я строю порядок, Пакс! А ты цепляешься за слабых, которые тянут нас вниз!
Орион, с трудом поднявшись, вытер энергон, сочившийся из трещины в его броне. Его оптика вспыхнула ярче, и он бросился на Мегатрона, его бластер отброшен, а кулаки сжаты. Их схватка стала ближе, личнее — кулак против кулака, броня против брони. Орион ударил Мегатрона в плечо, заставив его отступить, но Мегатрон ответил мощным ударом, от которого Орион рухнул на колени.