В центре главного зала, у подножия трона Праймов, стояла главная Тень Прайма — гигантская фигура, чья броня, сотканная из самой тьмы, излучала ауру древнего ужаса. Её когти, пылающие тёмной энергией, оставляли борозды в полу, а голос, низкий и раскатистый, эхом отдавался в руинах:
— Ваши надежды — пепел. Кибертрон падёт, как все до него.
— Рядом с ней двигался её лейтенант, не менее зловещий: массивное существо с угловатой бронёй, его зелёная оптика сверкала злобой, а два клинка, пылающих багровым, рассекали воздух с пугающей скоростью.
Орион Пакс пробивался к трону, его красно-синяя броня, покрытая шрамами и пылью, отражала отблески пламени. Его голубая оптика, сияющая, как чистый энергон, была полна решимости, но в ней мелькала тень усталости — бремя раскола, войны и ответственности за Кибертрон. Символ автоботов на его груди горел мягким голубым светом, как маяк надежды в этом аду. Его бластер стрелял точно, а движения были лёгкими и выверенными, но каждый шаг давался с трудом, его броня трещала под ударами искажённых.
Рядом сражались его товарищи: Элита-1, её золотисто-розовая броня сверкающая, несмотря на трещины, рассекала мечом призрачные фигуры, её изумрудная оптика пылала отвагой. Айронхайд, его массивная серая броня с красными акцентами скрипящая, стрелял из тяжёлого орудия, его суровое лицо выражало непреклонность. Мегатрон, на другом фланге, разрубал врагов своим клинком, его тёмно-серая броня с багровыми акцентами отражала свет Разлома, а красная оптика горела яростью. Нокаут, с глянцевой чёрно-красной бронёй, стрелял с хирургической точностью, его жёлтая оптика сверкала смесью азарта и тревоги.
Битва достигла своего пика. Тень Прайма, подняв когти, выпустила волну тёмной энергии, отбросившую автоботов и десептиконов к стенам. Её лейтенант, с рёвом, бросился вперёд, его клинки нацелились на Мегатрона, который, уклоняясь, ответил залпом из пушки. Но враг был слишком быстр: его клинок устремился к груди Мегатрона, готовый разорвать символ десептиконов.
В этот момент Орион, заметив угрозу, бросился вперёд, его голубая оптика вспыхнула решимостью.
— Мегатрон! — крикнул он, его голос, полный страсти, прорезал грохот. Он прыгнул между Мегатроном и лейтенантом, его бластер отброшен, а руки подняты, чтобы блокировать удар. Клинок врага, пылающий багровым, вонзился в его грудь, пробив броню и символ автоботов. Время, казалось, замедлилось: камера запечатлела момент в слоу-мо, показывая, как энергон, яркий и сияющий, брызнул из раны, стекая по красно-синей броне Ориона, как слёзы Кибертрона.
Орион рухнул на колени, его голубая оптика потускнела, а рука невольно сжала рану, из которой текла жизнь. Лейтенант Тени Прайма, издав triumphant рёв, поднял клинок для второго удара, но Мегатрон, его красная оптика расширившаяся от шока, бросился вперёд, его клинок разрубил врага пополам. Энергон брызнул, смешиваясь с пеплом, а тело лейтенанта рухнуло, его зелёная оптика погасла.
Мегатрон повернулся к Ориону, его массивная фигура замерла, а красная оптика, обычно холодная, теперь пылала смесью гнева и… вины.
— Пакс! — прорычал он, его голос дрожал, впервые выдавая эмоции. Он шагнул к Ориону, его рука дрогнула, словно он хотел поддержать его, но остановился, скованный их расколом.
Элита-1, заметив падение Ориона, бросилась к нему, её меч отброшен, а щит сиял зелёным, защищая их от обломков.
— Орион! — крикнула она, её изумрудная оптика расширилась от ужаса. Она опустилась рядом, её руки, дрожащие, попытались остановить поток энергона.
— Держись, пожалуйста!
Айронхайд, стреляя в наступающих врагов, обернулся, его суровое лицо исказилось от боли.
— Пакс, нет! — прогремел он, его тёмная оптика вспыхнула гневом, но он продолжал держать оборону, защищая их.
Нокаут, стоявший поодаль, замер, его жёлтая оптика сузилась, а саркастическая усмешка исчезла.
— Это… не должно было так закончиться, — пробормотал он, его голос был тихим, почти потерянным в грохоте.
Орион, тяжело дыша, поднял взгляд, его голубая оптика, несмотря на слабость, всё ещё сияла. Он посмотрел на Мегатрона, его голос, хриплый и слабый, был полон убеждённости.