— Или мы просто бродим в темноте, пока что-то не решит нас сожрать?
Орион бросил взгляд через плечо, его оптика слабо мигнула в полумраке.
— Я бывал в катакомбах раньше, — ответил он, стараясь звучать увереннее, чем чувствовал.
— Но не так глубоко. Эти уровни закрыты для архивариусов. Совет говорит, что здесь только старые энергонные шахты, давно истощённые.
Мегатрон фыркнул, его когти слегка царапнули стену, оставив искры, которые тут же погасли в холодном воздухе.
— Совет говорит много чего. Например, что мы все равны. — Он сделал паузу, его голос стал ниже, с ноткой горечи.
— Если это шахты, то почему я чую что-то… живое? Ты чувствуешь этот запах? Это не просто ржавчина. Это как… гниль.
Орион замедлил шаг. Мегатрон был прав — запах в воздухе не походил на обычный энергонный осадок. Он был слишком резким, слишком… активным. Как будто что-то разлагалось и одновременно росло, смешивая смерть и жизнь в странный коктейль.
Орион коснулся стены, где виднелся ещё один символ — похожий на тот, что был выше, но с добавленной линией, пересекающей центр. Металл под пальцами был тёплым, почти горячим, и Орион отдёрнул руку, ощутив слабую вибрацию, пробежавшую по его сенсорам. Символы казались живыми, пульсирующими в такт гулу, и это пугало его больше, чем он хотел признать.
— Эти метки… — начал он, но слова оборвал внезапный всплеск звука.
Гул усилился, превратившись в низкий, вибрирующий вой. Пол под ногами дрогнул, и с потолка посыпалась металлическая крошка, звеня о броню. Орион инстинктивно пригнулся, а Мегатрон выхватил энергонный клинок — короткое, грубо выкованное оружие, чьё лезвие засветилось тусклым красным, отбрасывая кровавые отблески на стены. Его броня клацнула, когда он принял боевую стойку, готовый к схватке.
— Что-то идёт, — прорычал Мегатрон, его оптика сузилась до тонких алых щелей.
— Готовься, архивариус. Пора показать, на что ты способен.
Орион кивнул, активируя панель управления на поясе. Это был не боевой инструмент — скорее устройство для анализа данных, — но в крайнем случае могло выдать слабый импульс. Он не был бойцом, как Мегатрон, но отступать не собирался. Не теперь, когда тайна Искры Мультиверсума манила его всё сильнее. Он сжал кулаки, чувствуя, как энергия в его искре пульсирует в унисон с машиной впереди.
Они двинулись дальше, следуя за синим светом. Коридор сузился, стены покрылись трещинами, из которых торчали обрывки проводов и труб, покрытых коркой застывшего энергона. Впереди открылся зал — огромный, с высоким потолком, теряющимся в темноте. Посреди зала возвышалась конструкция: массивный цилиндр из чёрного металла, опутанный кабелями, которые пульсировали тем же синим светом. На его поверхности виднелись угловатые символы, складывающиеся в узор — звезда с разорванными лучами, окружённая кольцом мелких глифов. Орион замер, его процессор пытался осмыслить увиденное.
Машина была древней, но её энергия была живой, мощной, и она звала его.
— Это не шахта, — тихо сказал он, его голос дрожал от смеси страха и восторга.
— Это… машина. Древняя. И она работает.
Мегатрон шагнул ближе, его клинок всё ещё был наготове.
— Машина? Похоже на генератор. Или на что-то, что давно должно было заржаветь. — Он наклонился, изучая кабели, которые слегка шевелились, как живые.
— Но она работает. Чувствуешь? Энергия идёт откуда-то снизу. Мощная, но… неправильная. Как будто она не из нашего мира.
Орион кивнул, подойдя к цилиндру. Его сенсоры уловили слабый поток данных, исходящий от машины. Он подключился к ближайшему кабелю, и его процессор тут же затопила волна информации — обрывки кодов, координаты, слова на незнакомом языке.
Среди хаоса мелькнула фраза: «Искра зовёт. Реальности ждут. Выбор сделан». Он отключился, его оптика расширилась от осознания, а искра в груди забилась быстрее.
— Это связано с Искрой Мультиверсума, — сказал он, голос стал твёрже.
— Эта штука… она как маяк. Или портал. Она живая, Мегатрон. И она знает, что мы здесь.
Мегатрон выпрямился, его взгляд стал острым, как лезвие его клинка.
— Портал? Куда? В твои «другие Кибертроны»? — Он постучал клинком по цилиндру, и металл отозвался низким гудением, от которого по полу пробежала дрожь.
— Тогда почему она спрятана здесь, под носом у Совета? Это их игрушка?
— Может, они не знают, — предположил Орион, обходя машину.
— Или знают, но скрывают. Если Искра может открывать реальности, это сила, которую нельзя контролировать. Даже Совету.