Трансформеры : Тень Квинтессона

— "Хозяин, они ускользнули. Нокаут активировал Ключ Зеркал и исчез в портале вместе с беглецами."

Тельмирон замер. Его щупальца сжались в тугие спирали, а багровые датчики на броне вспыхнули ослепительным светом, отражая бурю ярости, что бушевала в его искре. Он шагнул к Когтерезу, и его голос, низкий и угрожающий, как рокот надвигающейся грозы, наполнил зал:

— "Ускользнули? Ты позволил им уйти?" — Одно из щупалец метнулось вперёд, обвивая шею Когтереза с хищной грацией. Багровые искры пробежали по броне стража, заставив его содрогнуться.

— "Ты — мой клинок, Когтерез, но если ты туп, я выкую новый из твоих обломков!"

Когтерез сжал кулаки, его броня загудела, издавая низкий вибрирующий звук, но он не отступил. Его голос остался твёрдым, как сталь:

— "Они не одни, хозяин. Тени Прайма вмешались — их багровые глаза сияли в тумане, защищая их путь. Я не мог пробиться."

Тельмирон отпустил его, щупальце вернулось на место с мягким шорохом, и он повернулся к "Нейро-стене". Под его волей стена дрогнула, раскрываясь, как лепестки хищного цветка, и открыла вид на багровый разлом — трещину в ткани реальности, что пульсировала багровым светом, словно открытая рана мультивселенной. Его голос стал тише, но в нём звенела угроза:

— "Тени Прайма... Эти жалкие призраки думают, что могут играть с разломами. Их жажда власти — лишь бледное отражение нашей, и скоро они падут, как все их предшественники."

В этот момент багровый туман заклубился сильнее, и из него выступила ещё одна фигура. Её броня сверкала золотыми узорами, переплетёнными с багровыми и синими линиями, а сенсоры излучали властный блеск. Это был Вектрис, Квинтессон-политик, мастер "Дипломатии Разлома" — искусства, позволяющего манипулировать реальностями через багровые порталы. Его движения были плавными, почти театральными, а голос — мягким, но с ядовитым оттенком:

— "Тельмирон, ты слишком полагаешься на грубую силу. Разломы — это не молоты, а ключи к власти, что требуют тонкости и изящества."

Тельмирон резко повернулся к нему, его щупальца изогнулись, как готовые к удару змеи:

— "Тонкости? Это ты называешь свои игры с Советом Праймов? Эти золотые марионетки пляшут под нашу мелодию, но Орион и Мегатрон — искры хаоса, что могут спалить всё, что мы построили!"

Вектрис шагнул ближе, его броня загудела, и багровый туман сгустился вокруг него, словно подчиняясь его воле:

— "Именно поэтому я предлагаю новый план. Пусть они найдут Камеру Эха. Их багровая ярость станет нашим инструментом — мы заберём её силу в последний момент."

Тельмирон сжал кулак, его щупальца метнулись к "Экстрактору Искр". Багровый свет хлынул в устройство, заставив его загудеть, как пробуждающийся зверь:

— "Ты хочешь играть в их игры? Они активировали Ключ Зеркал — теперь они скользят между реальностями, как багровые призраки! Если они доберутся до Камеры Эха первыми, они исцелят Искру Прайма, и наша власть рассыплется в прах!"

Вектрис усмехнулся, его сенсоры вспыхнули, и он подошёл к "Нейро-стене". Стена раскрылась шире, обнажая багровые равнины за разломом — бесконечный простор, где тени двигались в вечном танце. Его голос стал холодным и уверенным:

— "Исцелить? Нет, Тельмирон. Они не знают всей правды. Камера Эха — это не просто артефакт, это "Нексус Разлома", точка, где багровые нити всех реальностей сходятся. Захватим её — и мы перепишем законы мультивселенной. Станем богами всех миров."

Тельмирон замер, его щупальца дрогнули, а в голосе зазвучали нотки жадного восторга:

— "Боги... Да, это достойно нас. Но для этого их нужно остановить — или подчинить."

В этот миг багровый разлом содрогнулся. Из его глубин вырвался ослепительный луч, ударивший в "Экстрактор Искр". Устройство взорвалось багровыми искрами, и волна энергии отбросила Тельмирона к стене. Его щупальца замелькали, пытаясь стабилизировать панель управления, но свет угас, оставив лишь дымящиеся обломки и запах горелой стали. Его голос сорвался на крик:

— "Они активировали Ключ снова! Порталы открываются по всей мультивселенной — если мы не остановим их, багровые тени поглотят всё!"

Вектрис шагнул к нему, его голос стал ледяным, как морозный ветер багровых равнин:

— "Тогда действуй, Тельмирон. Пошли своих "Жнецов Ржавчины" — пусть эти машины разорвут их искры в багровом тумане. А я подготовлю флот "Эхо-Крушителей" — корабли, что раздавят их жалкие надежды."