— "Ты падёшь первым, Вектрис! Мы заманим тебя в лабиринт теней, и твоя гордыня станет твоей могилой!"
Лексар шагнул к нему, его броня испустила волну золотистого света, что закружилась вихрем, и голос его стал холоднее:
— "Докажи, что ты не пешка, Тельмирон. Его 'Сцепление Эха' — его слабость. Мы используем его против него, и тени завершат начатое."
"Теневой Лабиринт" сиял, его зеркальные грани дрожали, и разлом гудел, тени Прайма шептались, их алые глаза сверкали, как звёзды, что могли сжечь всё сущее. Тельмирон и Лексар стояли в центре этого хаоса, их план вступил в действие, но тень предательства резала их искры, как лезвие, что могло обернуться против них самих. Вектрис исчез, оставив лишь эхо его голоса, а лаборатория задрожала, обещая битву, что могла переписать судьбу мультивселенной.
"Лаборатория Разлома" гудела, её стены из "Нейро-стали" дрожали, словно пробуждающийся зверь, а золотистый свет "Эхо-резонатора" заливал зал, отражаясь от полированных поверхностей, где "Резонансные Гармонизаторы" сияли, их кристаллы пульсировали в такт низкому, зловещему гулу. Пол под ногами дрожал, усеянный осколками металла и нитями "Эхо-волокон", что извивались, как живые, улавливая вибрации мультивселенной. Воздух был пропитан резким ароматом расплавленного металла и эфира, а тени скользили по стенам, словно предвестники грядущей бури.
Тельмирон стоял у "Эхо-резонатора", его броня, покрытая алыми датчиками, отбрасывала длинные тени, а щупальца метались, как рой разъярённых змей, высекая искры из панели управления. Лексар, чья золотистая броня с алыми шрамами сияла в полумраке, шагнул ближе, его сенсоры сверкали холодным блеском, а голос резанул тишину, полный скрытой угрозы:
— "Тельмирон, хватит играть в слепого владыку. Я раскрою тебе правду — я хочу мести. Вектрис предал меня, бросил в пустоши, когда я был его тенью в Совете Разлома. Он обещал мне власть, но его гордыня оставила меня гнить. Теперь я использую 'Эхо-резонатор' — 'Линейный Диссонатор' — чтобы создать 'Теневой Лабиринт'. Это ловушка, где его собственные амбиции разорвут его на куски!"
Тельмирон резко развернулся, его щупальца метнулись к Лексару, обвивая его броню с хищной скоростью. Металл скрипел, искры сыпались на пол, но Лексар не дрогнул. Его броня загудела, испуская низкий резонанс, и волна золотистого света отбросила щупальца назад, заставив Тельмирона отступить. Его голос стал громче, полным сомнения и гнева:
— "Месть? Ты предал его ради личной вендетты? Я вижу твой план, Лексар — ты хочешь заманить его в лабиринт теней, но что, если ты предашь и меня? Твои слова — яд, а тени Прайма — буря, что может пожрать нас всех!"
Лексар шагнул к "Резонансному Гармонизатору", его пальцы метнулись по панели, и устройство взорвалось золотистым светом, что закружилось вихрем, формируя "Теневой Лабиринт" — сеть зеркальных граней, что дрожали, как паутина из света и тени. Его голос стал холоднее, но полным стальной уверенности:
— "Сомнения — твоя слабость, Тельмирон. 'Теневой Лабиринт' — это 'Эхо-матрица', что искажает реальности. Мы используем 'Квантовый Синхротрон', чтобы заманить Вектриса туда, где тени ждут. Это единственный способ остановить его — он уже идёт к Камере
Эха с 'Сцеплением Эха'. Если он захватит её, мы станем пеплом!"
Тельмирон бросился к "Эхо-резонатору", его щупальца вонзились в панель, высекая золотые искры, и голос его стал резким:
— "Ты слишком уверен, Лексар! Если твой план рухнет, если 'Эхо-матрица' разорвёт нас вместо него, что тогда? Я не доверяю тебе — ты скрываешь свои мотивы, как тень в тенях!"
В этот миг "Эхо Искры" взорвалось в зале — тонкий импульс резанул их сенсоры, заставив "Резонансные Гармонизаторы" вспыхнуть золотым светом. Тельмирон пошатнулся, его искра сжалась от жара, что пронёсся по его сознанию, как раскалённый вихрь. Он видел их — Орион и Мегатрон, их силуэты в золотом сиянии, что разрезало тени, их искры сияли, как звёзды, что могли осветить или сжечь этот мир. Его голос стал громче, полным тревоги:
— "Они близко! 'Эхо Искры' зовёт их — они идут к Камере Эха!"
Лексар бросился к "Теневому Лабиринту", его пальцы замелькали над панелью, и сеть золотых волн взорвалась светом, искажая разлом. Его голос стал резким, полным напряжения:
— "Тогда мы используем это! Орион и Мегатрон — приманка. Их искры синхронизируются с 'Эхо Искры', и Вектрис последует за ними. Мы заманим его в матрицу, и тени завершат начатое!"