Кропочёв улыбнулся.
— Не могу же я бросить милую даму в беде, и проехать мимо…
Он подошел к своей машине, открыл багажник и достал оттуда домкрат и ключ, стал менять колесо.
Александра задумчиво, наблюдала, как он ловко управляется с колесом. Минут через пятнадцать всё было сделано.
— Ну, вот и всё и готово, — улыбнулся мужчина.
— Спасибо тебе большое. Не знаю, что бы я делала, если бы не ты.
— Ты едешь на собрание акционеров "Иркуцкмаш"?
— Да.
— Вот и прекрасно. Я тоже туда направляюсь. Тогда поехали? — вытирая руки тряпкой, спросил Кропочёв.
Сашка пожала плечами и села в свою машину.
В зале на триста мест собралось пятьсот человек в основном работники комбината. Всё шло, как и планировалось: заслушали отчёт, утвердили дивиденды.
Акционеры шепотом стали возмущаться по поводу маленьких дивидендов. Выступить публично никто не решился.
— Если кто-нибудь из акционеров желает задать вопрос, Тимур Алексеевич готов ответить, — обратилась Александра к собравшимся.
— Я как акционер хотел бы узнать, — Кропочёв поднялся с кресла. — Почему дивиденды за прошлый год такие маленькие?
По залу прошёл гул.
— Господа, попрошу соблюдать тишину! — спокойно сказал Тимур, подняв верх руку. — Не надо забывать, что предприятие три месяца простояло и только в конце осени начало потихоньку запускать свои линии. Вообще удивительно, что за этот год оно не стало убыточным.
— Вы своим разъяснением не удовлетворили моё любопытство. У меня возник ещё один вопрос: можете ли вы гарантировать нам — акционерам, что в следующем году "Иркуцкмаш" принесёт прибыль, и не будет стоять как недавно?
— Нет! — честно ответил Тимур. — Но не надо думать, что руководство предприятия ничего не предпринимает. Сейчас наши специалисты готовят программу выхода "Иркуцкмаш" из кризиса. Я не хочу вселять в вас ложную надежду и поэтому пока воздержусь от оптимистических оценок новой программы. Время покажет.
В зале стало тихо, а потом раздались громкие аплодисменты.
— Тимур Алексеевич, — не унимался Кропочёв. — Вы знаете сколь, на сегодняшний день, стоят наши акции? Я вам скажу. Семьсот рублей!
По залу опять прошёл гул.
— И с каждым днём их стоимость падает. Вам всем очень хорошо известна фирма "Энергомаш". Так вот она готова купить акции "Иркуцкмаш" по дветысячи…
Тимур и Александра понимали, что Кропочёв пытается сорвать собрание акционеров, настроить людей против них и скупить акции по дешёвки, которые ещё оставались у работников предприятия.
— Евгений Олегович, — сказала Александра встав. — Я считаю неуместным перенесение личных отношений, которые с самого начала не сложились между вами и Тимуром Алексеевичем, на производственную почву. Вы конкурируете на выборах между собой за пост Главы Республики. И сейчас, я полагаю, своими громкими высказываниями хотите заработать себе новые голоса. Это первое. Второе — продолжила Сашка, спокойным голосом уже обращаясь к акционерам. — Как главный юрист "Иркуцкмаш" со всей ответственностью заявляю, что настоящая стоимость акций является большей, чем та по которой её хочет у вас купить фирма "Энергомаш".
Заявление Александры всех поразило. Народ в зале стал переговариваться.
— Если вопросов больше нет, — Тимур вопросительно посмотрел на акционеров. — Собрание закрыто.
Зарубин встал со стула и вышел из зала. Сашка стала собирать документы со стола.
— Да, теперь я вижу, что недооценил тебя, — Кропочёв взял её руку в свои и поднёс к губам. — Я хочу сгладить недопонимание, возникшее между нами и в качестве примирения пригласить тебя в ресторан?
— Я подумаю над вашим предложением.
— Я думал мы перешли на "ты"? — он посмотрел на неё с усмешкой.
— Я подумаю над твоим предложением, — исправилась она. — А сейчас извини, Евгений, я спешу.
Выйдя из зала, Сашка спустилась по лестнице и направилась к кабинету юристов. Он был расположен на первом этаже. Завернув за угол длинного коридора, услышала за спиной чьи-то тяжёлые шаги. Обернулась и тут же застыла на месте. Рядом с ней стоял Тимур.
— Попалась? — его губы скривились в улыбке.
Он схватил девушку за руку, и прежде чем она успела опомниться, толкнул в нишу, прижал к стене.
— Что тебе ещё надо? — спросила она отстранённо, не глядя в глаза.
— Откуда ты знаешь Кропочёва? — прошипел Резвый. В его голосе звучал гнев. — Только не смей отрицать! Я видел, как он на тебя смотрит.