'Портрет идеального убийцы, - со знанием дела охарактеризовал кухарку Леонид, - даже, более идеальный, чем Демьян Дросс. Этот мужик так чётко спланировать преступление вряд ли смог'.
Разубеждать его в этих выводах никто не спешил, хотя наблюдатели присутствовали. Демоны и ангелы, выражаясь протокольным языком, фигурантов дела из своего поля зрения теперь не выпускали. Мало ли чего. Вот и приглядывали дежурные от обоих миров и за следователями, и за преступницей, и за свидетелями.
- А я тебе точно говорю, что Антошка, Антошка, идём копать картошку, запал на Шенен! -голос демона перекрыл шум воды в душе.
- А я тебе говорю, что он её даже не видел! Как он мог на неё запасть? - возразил Макс, стоя на пороге ванной комнаты. Чистоплотный маркиз, возжелавший немедленно соскрести с себя пыль и грязь следственного учреждения, одновременно пытался узнать все новости и рассказать свои, так что парню пришлось тащиться за ним в помывочное помещение. - Ты с радости перепутал!
- Я?! Перепутал?! - возмущённо прогудело за дверцей душевой кабины. - Credeexpert***, я человеческие эмоции читаю лучше, чем сам смертный понимает их! Тем более что сегодня он его видел.
- Его? Кого его?
- Ну, не его. Её. Путаю иногда, как к белокрылому обращаться: как мальчику, или как к девочке. Modo vir, modo femina.****
- Она обижается.
- Нет, Макс, не обижается... Она злится! А знаешь ли ты, млекопитающий, как живительна злость ангела? Ни одна человеческая эмоция не наполнена таким объёмом, как чувство, испытываемое верхним! Эх, если бы только было можно делать из ангелов харчей!!!
- Ты это серьёзно?
- Вполне... Но, хартия не позволяет. У нас с ними пе-ре-ми-ри-е! - Дросс вышел из душевой кабины и радостно, словно пёс, встрепенулся, орошая приятеля брызгами с разметавшихся мокрых волос. - Понимаешь?
- Понимаю. Перемирие... Скажи, Дросс, а любовь демона так же воспринималась бы ангелами? Я имею ввиду объёмность чувства.
Демьян нахмурился и недовольно посмотрел на любопытствующего парня.
- Вопросы у тебя... юноша... коварные. Демоны не могут любить!
- А ангелы могут злиться?
- Она сейчас не ангел!
- А ты не демон!
- Хр-р-р!.. Доказать?!
- Бить будешь? - с грустной улыбкой спросил Макс, протягивая Дроссу полотенце.
- Больно надо. Но... - физиономия демона расплылась многообещающей улыбкой, - ты натолкнул меня на одну занятную мысль...
Маркиз предвкушающе облизнулся и подмигнул Максу.
- Поделишься?
- Не сейчас... - 'И не потом... А то испортишь мне всю потеху'. - Дросс решил уйти от щекотливой темы и перевести разговор. - Макс, а почему ты меня про Катерину не спрашиваешь? - Парень удивлённо поднял брови, явно не понимая, о чём это сейчас говорит маркиз. - А... Тебе Шенен наверное всё рассказала.
- О том свете? - всё ещё сомневаясь, Макс насторожился. А вдруг демон ему сейчас больше расскажет, чем ангел? Ведь Шенен могла смягчить некоторые моменты по понятным причинам, а Дросс врежет правду-матку. - Немного рассказывала... И как там... Кате?
- Думаю, пока нелегко.
- Значит, Шенен правду сказала, что сначала она пройдёт арбитраж?
- Правду.
- И, скорее всего, попадёт в Инферно.
- Ну... да.
- Привет ей передай, - печально пробормотал Макс, не глядя на демона.
Больше на эту тему они никогда не разговаривали.
Коль не любовь сей жар, какой недуг
Меня знобит? Коль он - любовь, то что же
Любовь? Добро ль?.. Но эти муки, Боже!..
Так злой огонь?.. А сладость этих мук!..
Шангин тупо пялился в потолок рабочего кабинета, пытаясь понять, откуда в его, далёкой от всякой лирики и романтизма, голове возникли эти строки? Мало того, что он, в отличие от многих молодых людей, балующихся в определённый период жизни стихосложением и рифмоплётством, никогда этим не занимался, он вообще был далёк от поэзии. Уроки литературы он прогуливал по максимуму, а заданные стихи всегда отвечал на переменах, пользуясь в суматохе шпаргалками.
И вот на тебе! Недуг!.. Муки!.. Откуда всё это? Чьё авторство?
Ктара не стал ничего пояснять ошеломлённому объекту. Он-то прекрасно знал автора лично и любил его творчество, как в подлиннике, так и в переводах. Но, начни он сейчас декламировать стихи Петрарки в оригинале, Шангин совсем свихнётся, а этого допускать было нельзя. Так же было нельзя допускать, чтобы чувство, зародившееся в душе следователя, угасло на корню по причине ненужного самокопания и самовнушения. Любовь - это прекрасное чувство! А иногда и очень полезное... Ангел понимал, что возможное использование влюблённого следователя в их целях не совсем этично, но уж лучше поддерживать в нём прекрасное чувство, чем разжигать страсти методами бесов. Успокоив себя тем, что действует исключительно в благих целях, Ктара продолжил декламацию:
На что ропщу, коль сам вступил в сей круг?
Коль им пленен, напрасны стоны. То же,
Что в жизни смерть, - любовь. На боль похоже
Блаженство. "Страсть", "страданье" - тот же звук.
Антон вздохнул, мысленно представив, как сейчас Дросс обнимает белокурую девушку и с досады закусил губу.
- Какого дьявола меня угораздило влюбиться именно в эту... милашку? А ведь я влюбился... как пацан...
'Думаешь, можно влюбиться как взрослый, зрелый мужчина? Или как мудрый, много переживший старец? Нет. Влюбиться можно только как пацан! А вот любить... - договаривать свою мысль Ктара не стал, надеясь, что объект сам додумает, кто и как любит. Его больше занимал вопрос: продолжать декламировать Антону сонет Петрарки или вспомнить что-нибудь попроще, не так рвущее душу. Блока, например: -
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне...
Дальше находиться в таком состоянии не было никаких сил. Шангин силой воли поднял себя из кресла и несколько раз прошёлся по кабинету, стараясь сосредоточить мысли на расследовании. Вот сейчас Лёня привезёт Турасову и ему предстоит очередной допрос. Привычная работа отвлечёт его от тяжких дум. А ведь он так хотел влюбиться по-настоящему, так ждал этого. И вот! Дождался! И теперь сам этому не рад. Сколько раз подобное с ним уже происходило? Три - это точно. В школе, когда он вдруг обнаружил, что одноклассница Марина очень похожа на молодую Деми Мур. Правда, это сходство видел только он. Но парень из параллельного класса тоже что-то особое разглядел в Маринке, и сделал это гораздо раньше Антона. Какой для него был шок, когда он увидел их вместе в кафэшке! Словами не передать. Антон даже поистерил по этому поводу дома и полгода дулся на ничего не подозревающую одноклассницу.
Второй облом, случившийся в институте, таких бурных эмоций уже не вызвал. Шангин просто напился с другом, сопровождая процесс уничтожения спиртного пространными комментариями своего состояния.
- Я - как деревянный...Меня больше никто не трогает...
- А ты хотел, чтобы трогали? Где тебя потрогать?
- Убери руки! Извращенец! Я говорю про чуй... чуйв... чувства, а ты... эх! Плесни!
- Забей ты на баб!
- Н-не могу... Я же не деревянный... нет, наоборот, деревянный! И я так больше не могу...
- Засверлись!
Третий раз вообще прошёл как-то буднично. Понравившаяся коллега оказалась глубоко и прочно замужем, и не то, чтобы крутить служебный роман, даже безобидно флиртовать не собиралась. Антон повздыхал тайком пару месяцев, таская каждый день шоколадки к чаю, и закономерно успокоился. А вот сейчас его, как пыльным мешком из-за угла огрели: ничего не видит, ничего не понимает, сам себе декламирует стихи! Крыша съехала, чердак промок.