бросить. Он просто не понимал, что кто-то может быть живым-здоровым и не
предпочитать полеты еде, например.
- Да, – медленно произнес Марио. – Именно ты не дал Лу и Папаше удержать
Марка.
- Верно. Единственная серьезная ссора, которая была у нас с Люсией. Я решил, что вам, детям, надо стать теми, кем вы сами хотите. И Лу не собиралась давить
на вас так, как она с Папашей давили на меня. Это я договорился, чтобы Марка
оставили в Фриско с дедушкой Гарднером и чтобы он ходил там в школу. И я
уговорил Папашу Тони отпустить тебя в колледж, но ты сам себе все испортил.
Рот Анжело искривился в странной гримасе.
- Лучшие мозги в семье, а ты хотел вышибить их, крутя тройные!
- Анжело, ради бога…
- Ладно, ладно. Так или иначе, вы все теперь взрослые, и это мой последний
шанс… Возможно, единственный шанс заняться чем-то другим. А не ждать, пока
я превращусь в развалину, когда состарюсь, расшибусь, наконец, и окажусь
прикован к земле.
Марио не сводил с него глаз.
- И ты вот с такими мыслями жил все это время? И все-таки учил меня тройному, зная, что я могу сломать шею и себе, и тебе…
- Я не учил тебя тройному, паршивец, – нежно сказал Анжело, накрыв ладонь
Марио своей. – Я просто был рядом, пока ты сам себя учил. Да, я знаю, ragazzo, что ты любишь летать, и у Томми такой же пунктик, как у тебя. Так что ладно, у
нас свободная страна. Если вам это по нраву, занимайтесь своим делом, пока
преисподняя не замерзнет. Но на меня не рассчитывайте.
Весть, разумеется, следовало сообщить Джонни и Стелле, и Анжело огорошил
их на следующий день, после дневного представления. Оба были неприятно
удивлены и преисполнены вины.
- Анжело, это из-за того, что мы погрызлись? – потребовал Джонни. – Так и знал, что мне следует держать свой длинный язык за зубами…
Анжело покачал головой.
- Нет, Джок, не из-за этого. То было просто расхождение во мнениях. Возможно, это немного меня подтолкнуло, но не более того. Если бы я остался, мы бы
грызлись и дальше.
- Но… дядя Анжело… ты даже до конца сезона не останешься?
- Нет. Я думал об этом. Но Вуди поставит Коу Вэйленда на замену… Вэйленд
хочет снова летать.
- Дядя Анжело, слушай, ты не передумаешь, если я пообещаю, если гарантирую, что до конца сезона ты не услышишь ни от меня, ни от Стел ни словечка поперек?
- Нет, не передумаю. Не вини себя, Джон, – беззлобно сказал Анжело. – Я просто
решил, что хватит с меня полетов. В моем возрасте немногие люди получают
шанс начать все заново.
Вдаваться в подробности для Джонни Анжело не стал, и неделя закончилась в
молчаливом отчуждении. В Канзас-Сити, во время сильной грозы, Анжело
отыграл свое последнее представление, собрал сундук и ушел. Весь цирк сгорал
от любопытства, но Анжело не желал устраивать шумиху вокруг своего ухода.
- Что ты скажешь Люсии? – поинтересовался Марио.
Они с Томми проводили Анжело до автобусной станции, где стояли сейчас, глядя
в завесу дождя, в ожидании автобуса на Калифорнию.
Анжело пожал плечами и взял чемодан: сундуку его предстояло отправиться
железнодорожной почтой.
- Я уже большой мальчик. Люсии придется смириться или найти альтернативу.
Лицо его было замкнутым и пустым. Он протянул руку.
- Без обид, Мэтт?
Марио, сердитый и хмурый, явно колебался. Потом тяжело вздохнул.
- Да, без обид.
И они пожали друг другу руки.
- Спасибо.
Анжело, увидев, как водитель влезает в автобус и включает подсвеченный знак
«Лос-Анджелес Экспресс», повернулся к Томми.
- Удачи, малый.
Томми, все еще уязвленный, посмотрел угрюмо. Как мог Анжело поступить так с
ними, особенно с Марио? Но в конце концов, как и Марио, он протянул руку.
- Удачи, Анжело.
- Увидимся в октябре, – Анжело резко притянул Марио к себе и поцеловал в щеку.
– Будь осторожен, Мэтт, и не позволяй Джонни наглеть.
Потрепав Марио по плечу, он схватил чемодан и поспешил к автобусу. Марио
наблюдал, как Анжело поднимается в салон, а Томми смотрел на лицо парня –
холодное, отстраненное, злое.
Как мог Анжело так обойтись с Марио? Я же вижу, что ему нет особого дела до
Джонни. Но, боже мой, то, что чувствует к нему Марио…
В гневе и растерянности Томми ощутил, что сейчас мог бы убить Анжело без
малейших угрызений совести. Автобус, дрогнув, отошел от остановки. Марио
смотрел ему вслед, сжав губы в нитку.
- Что ж, – сказал он чуть погодя. – У нас представление.
- Подождем автобус до стоянки здесь?
- Вот еще. Торчать под дождем и схлопотать пневмонию? Мы возьмем такси.
Но он не сдвинулся с места, и пристальный взгляд его устремился на вход в бар
через улицу от остановки.
- Но сначала выпью пива.
- Не дури, – возразил Томми. – У тебя шоу на носу.
Марио вздохнул, потом хихикнул.
- Хорошо, хорошо. Поймаем такси и вернемся на стоянку. Хотя, если будет и
дальше так лить, никакого дельного шоу не выйдет.
К представлению небо прояснилось, но они все равно с трудом теснились на
маленьком сухом пятачке перед форгангом, пытаясь уберечь обувь от грязи.
Марио первым озвучил общую мысль.
- Ну вот, теперь мы одни.
- До меня только сейчас дошло, – поддакнул Джонни. – Без Анжело в Летающих
Сантелли не осталось Сантелли. Ни одного. Трое Гарднеров, Вэйленд и Зейн.
- Что ж, ребятишки, это шоу-бизнес, – с грубым смешком сказал Коу Вэйленд. –
Здесь такое бывает.
Томми заметил, что его рыжеватая шевелюра плохо причесана, а зеленые трико
сидят неважно, однако удержался от критики.
«В конце концов, – подумал он с безотчетной чванной снисходительностью, – он
не один из нас».
- Не знаю, как ты, Джок, – возразил Марио, – а я все еще Сантелли. И Папаша
сказал, что Томми достоин носить эту фамилию.
Он бросил странно неприязненный взгляд на Стеллу, маленькую и элегантную.
Ее светлые волосы были убраны под тиару, украшенную зелеными стразами.
«Где они достали для Стеллы костюм Сантелли? – удивился Томми. – Может, Люсия прислала, когда узнала, что Стеллу поставили в номер?»
Джонни нахмурился.
- Хочешь сказать, Стелла и я недостойны зваться Сантелли?
Марио пожал плечами.
- Я этого не говорил. Ты сам сказал, что в номере не осталось Сантелли.
Томми показалось, будто Марио хотел, чтобы Джонни заспорил, но тот не стал.
- Вэйленд, ты знаешь номер…
- Да знаю, знаю, – нетерпеливо отозвался Коу Вэйленд, дергая крепкими зубами
кисею на запястье. – Я ловил, когда вы, ребятишки, еще в песочнице копались.
- Я хотел сказать, – холодно сообщил Марио, – что мы не успели потренировать
тройное. Думаешь, сможешь меня удержать?
Вэйленд упер руки в бока и смерил Марио с ног до головы наглым взглядом.
- А как же, большой парень, – сказал он с оскорбительной усмешкой, – не такой
уж ты и гигант.
Стелла хихикнула, Джонни пихнул ее локтем в ребра.
- Слушай, здоровяк… – начал Томми, но ему хватило намека на хмурый взгляд от
Марио, чтобы умолкнуть.
- Я тут подумал, – продолжал Марио, – и решил закончить двойным с пируэтом, если ты не против.
- Обо мне не беспокойся, – откликнулся Вэйленд. – Конечно, если ты считаешь, что не сможешь сделать тройное без своего… – он поколебался, – своего
дружка-великана…
Марио, кажется, собирался взорваться, но сдержался.
- Ты еще не знаешь наших сигналов, – сказал он. – Я обычно в последнюю минуту
подавал знак Анжело, сообщал, чем хочу закончить. Это зависит от многих
вещей… света, самочувствия и так далее. Мне не нравится решать наперед.
Сегодня я закончу двойным с пируэтом, а завтра поработаем над сигналами, ладно?