— Он совершенно не в моем вкусе, дорогой, — пробормотал Кено.
— Давай я сам позабочусь о своей психике и личности, ладно? Я люблю свою работу и свою семью.
— А они тебя любят? Или хорошего мальчика, которого ты для них изображаешь?
Марио дернул плечами.
— Все, Эдди, серьезно, хватит. У меня нет времени для всей этой психологической чуши. Ты сам все рассказываешь матери и бабушке?
Пренебрежительно поморщившись, Кено наклонился к Томми и заговорщицки произнес:
— Не разделяешь комплексы старины Марио? Похоже, у тебя есть все, что нужно. А если он этого не ценит…
Его рука вкрадчиво легла Томми на плечо.
— Эдди, прекрати, не трать силы… Он не понимает твоих сигналов, он вообще не на этой волне. Сядь и расскажи, что нового. Хочешь выпить?
— Джин есть? Или только твое любимое кьянти?
— Прости, только кьянти. Остатки джина ты выпил в прошлый раз.
— Нет уволь, я лучше наглотаюсь красных чернил.
Эдди сел в изножье кровати рядом с Томми, нешуточно к нему прильнув. Каждую сказанную фразу он дополнял жестами — ладони у него были квадратные, с красивым маникюром. Несмотря на плотное мускулистое сложение и заметную щетину на подбородке, Кено, похоже, пытался вести себя — Томми жестко это себе обозначил — подчеркнуто женственно. Такие манеры беспокоили Томми, всколыхнув в нем старые тревоги.
— Мэтт, я совсем забыл тебе рассказать. Барт Ридер наконец получил хорошую роль!
— Барт? В ночном клубе? Кабаре?
— Нет, нет, дорогой, самую настоящую роль в самом настоящем фильме. И не в массовке. Хорошую роль с Луизой Ланарт. Говорят, ему пришлось переспать с Джонни Мак… ну, ты знаешь, о ком я… чтобы ее получить. Но сниматься с Ланарт…
Марио присвистнул.
— Барт собрался играть героя-любовника? То еще будет зрелище!
— Но он все-таки актер, что бы о нем не говорили. И ты знал его куда лучше, чем я.
— Ну не скажи, — защищался Марио. — Он просто много ошивался в студии. Танцор из него не ахти, но акробатом он был хорошим.
Кено многозначительно щелкнул языком.
— Я это себе представляю. Держу пари, в трико он был симпатяшкой.
— Поверь на слово, — хохотнул Марио.
— Тебе лучше знать.
Марио, отвернувшись, снова засмеялся. А потом впился в Кено взглядом.
— К твоему сведению, Барт много водился со мной, потому что я достойно держался на публике. Не жеманничал направо и налево, и он мог показываться со мной в приличных местах, не выдавая себя. Господи помилуй, Эдди, ты же не ревнуешь?
— А должен?
Томми с неожиданной вспышкой ревности узнал имя. Барт Ридер. В вестернах и приключенческих фильмах он обычно играл злодеев и второстепенных персонажей. Похоже, в этой части света съемка в кино была не таким уж великим делом.
Эдди вздохнул.
— Если что, мы всегда можем сказать, что с ним знакомы.
— Откуда ты вообще об этом знаешь? — спросил Марио.
— Вчера вечером заглянул в «Круглый Квартал». Там все об этом судачат. И Барт там был, отмечал. Спрашивал о тебе.
Марио качнул головой.
— Забирай мою долю Ридера, я только рад буду. Я жесть не люблю, а у него были кое-какие странные идеи.
— Хоть намекни, — попросил Кено.
— Не при ребенке. Но тебе бы не понравилось, это я точно говорю.
— О да, — Кено как-то странно улыбнулся. — Ты-то знаешь, что мне нравится.
И вдруг он подскочил с кровати, всплеснув руками.
— Боже, у меня занятие после обеда! Я просто не могу снова его пропустить! До встречи, Томми.
Кено схватил свитер и был таков.
— Развлекайтесь, детки… Подумайте о дядюшке Эдди вечером.
Хлопнула дверь, и Марио, встретив любопытствующий взгляд Томми, пожал плечами.
— Какой-то он чудной.
— Не без этого.
— Он выглядит… — Томми замолчал, не в силах подобрать слово, и Марио пришел на помощь.
— Он жеманничает. Да. Это игра на публику. Он вполне мог бы вести себя… по-мужски, как я. Он просто храбрее и… наверное, более честен.
— Может, и так, но как бы тебе понравилось, если бы я начал изображать из себя такое?
— Я бы сломал тебе шею. Впрочем, Анжело бы меня опередил. Он тебе понравился?
— Более или менее. Только он ведет себя так, будто ты ему принадлежишь.
— А ты как думаешь?
Встретив его тяжелый пристальный взгляд, Томми начал было закипать, но быстро взял себя в руки.
— Зря ты так. Если ты решил привезти меня сюда только для того, чтобы показать своего нового бой-френда…
— Да нет же. Ой, я ему принадлежал — точнее он меня позаимствовал — пару-тройку лет назад. Ничего серьезного. Он просто был человеком, с которым можно поговорить, с которым не надо скрываться и лгать. Хотя говорит, в основном, Кено, а меня ты знаешь.