— Тут есть что-то трагическое, Томми. Он был лучшим из Сантелли и будет последним. У него нет детей, кроме той малышки. Ребята Джо не хотят летать.
Барби уже бросила, а для Клэя это только игра. И у Джонни тоже не будет детей. Четыре поколения Сантелли достигли совершенства в лице Мэтта, и на нем же всё закончится.
— Ну, — сказал Томми, — по крайней мере, после него уже никто не скатится в посредственность. Как то семейство… три звезды в одном поколении, а дети — никто.
Лисс тронула его за руку.
— Наверное, тебе придется быть ему сыном. Похоже, единственным.
«Согласен, — подумал Томми, глядя на Марио на мостике. — Сыном и всем остальным, кого у него нет. Он — вся моя семья. Единственная семья».
Как-то днем Томми нашел в тренировочном зале Анжело.
— Мэтт дома?
— Наверху, ставит крысоловку в комнате Люсии.
— Том, хочешь поработать каскадером? Могу пристроить тебя. Сотня долларов за вызов.
— Спасибо, деньги нам пригодятся. Бог знает, во сколько обойдется оборудование.
— Отлично. Тогда тебе надо зарегистрироваться в профсоюзе.
Анжело сел на пол, прислонившись спиной к стене.
— Может, расскажешь, что тогда все-таки случилось? Почему ты сбежал?
Томми уставился на отполированный паркет. Возвышаться над Анжело было неудобно, и он тоже опустился на пол.
— Я разозлился, что его взяли к Фортунати, а меня нет. Стало завидно.
Анжело пожал плечами.
— Не старайся. Ты все время его выгораживал. Наверное, я должен поблагодарить тебя за то, что ты привел его обратно, как бы это ни получилось.
Люсия уже начинала сходить с ума. И все-таки мне интересно, Том. Вы двое так замечательно ладили, а потом вдруг — раз!
— Перестань. Я был глупым мальчишкой.
— Знаешь, — с тяжеловесным добродушием сказал Анжело, — ты мог бы прийти сюда. Ты же знаешь, это и твой дом. Папаша тоже так говорил. Ты часть семьи, как и любой из нас.
— Он всегда был добр ко мне. Я никогда его не забуду.
— Значит, это ради Папаши ты выследил Мэтта и привел домой?
Томми, опять смутившись, пожал плечами.
— Снова хотелось летать. А так как ни с кем, кроме Марио, я не работал… Альтернативой была карьера военного. А больше я ничего не умею.
— Тоже не сахар.
— Ну, ты от нас ушел, и мы это пережили.
Как и несколько лет назад, эта осторожная разведка — хоть и из лучших побуждений — здорово беспокоила.
Анжело, черт возьми, прекращай! Я знаю, что ты пытаешься из меня вытянуть! Ты хочешь услышать, что я порвал с Мэттом, потому что узнал, что он гей. Тебе понравилось бы узнать, что Мэтт начал ко мне приставать, поэтому я и ушел.
Только все было совсем не так, и Томми даже не мог этого сказать. Происходящее злило и уязвляло до глубины души.
— Мы в долгу перед тобой, Том.
— Если кто-то перед кем-то и в долгу, то это я. Я ушел по собственному желанию. Никто меня не выгонял. Марио умолял меня остаться.
— И все равно я чувствую ответственность. Это я позволил тебе с ним общаться.
Томми гадал, сколько еще выдержит, прежде чем взорвется.
— Я же говорю, я закатил истерику, а потом постыдился возвращаться.
Разговор вызывал воспоминания — болезненные, словно полузабытая зубная боль. Как он блуждал по улицам, толком не видя, куда идет. Как зашел в кафе, где единственным знакомым лицом оказался Эдди Кено. Как хотел забыться, и в конце концов… Воспоминания оборвались — чисто, как ножом, прочь, вон с глаз.
Анжело пристально посмотрел на него, потом пожал плечами.
— Ладно, парень. Раз ты хочешь так, пусть будет так.
— Оно и было так.
— Я чувствую себя виноватым. Ты был под моей ответственностью. По закону и морально. Зря я не взял тебя с собой, когда уходил из Вудс-Вэйленда.
— Я бы не пошел.
— Тебе бы пришлось. Ты был связан контрактом с семьей, а не с цирком, и к тому времени я был твоим опекуном. Думаешь, я не знаю, что вас уволили из-за Мэтта?
Не то чтобы я верю в ту грязь, которой поливал вас Коу Вэйленд, — Анжело смерил Томми острым взглядом, — но это Мэтт его избил и втянул вас в заварушку.
— Если бы Мэтт его не избил, это сделал бы я. Или Джонни. Он набрался. Никто из нас с ним бы не вышел.
— Неважно. Если бы я остался в номере, или забрал тебя с собой…
— Анжело, — Томми легонько пихнул его в плечо. — Забудь.
— Мэтту тоже досталось, парень. Я не собираюсь его защищать, нет, но когда он явился домой и обнаружил, что ты так и не пришел…
— Анжело, это было давно. Давай не будем, а? Что толку плакать над пролитым молоком?