Марио горько улыбнулся.
— Тогда же, когда построим межпланетную империю из моих фантастических журналов. Джонни считает, что не успеет настать следующий век, как человек пройдется по Луне. Я в этом сомневаюсь, но даже если и так, готов побиться об заклад, что гея они на космический корабль не возьмут.
Потом, когда они вдвоем ехали на машине Томми обратно в дом Сантелли, Марио тихо и почти так же горько, как Барт, сказал:
— Теперь ты видишь, почему некоторые парни любят ходить по ненавистным тобой барам? Там тебя хотя бы не смогут сфотографировать с какой-то левой девицей на коленях.
— Это просто шоу-бизнес, — отозвался Томми.
Он до сих пор чувствовал запах пудры, пробуждающий неприятные воспоминания. Но Томми успел сделаться реалистом.
— Зато когда Анжело увидит эти снимки, до его чугунной башки дойдет, что мы не собираемся носиться по округе с табличками «Я ГЕЙ. ПНИ МЕНЯ».
— Боже, Томми, иногда ты не лучше Анжело! Разве ты не видишь, какой это грязный обман?
Томми взял его за руку.
— Конечно, вижу, приятель. Но что мне сделать? Это не я придумал мир таким. И я не верю, что Бог бросит меня в ад за то, что я сплю с мужчинами. Но мы пробовали поступить, как от нас ожидали. Мы расстались, и из этого не вышло ничего хорошего. И что теперь? Я не против немного попритворяться, — в первый раз за все время голос его дрогнул, — если это позволит нам остаться вместе и избежать проблем.
Пальцы Марио слегка сжались на его руке.
— Что ж, по крайней мере у нас есть мы.
ГЛАВА 15
Их самолет до Далласа был четырехмоторным Боингом. Прежде Томми летал всего раз — в Германию и обратно, в переполненном военном самолете с металлическими сидениями. Там было тесно, неудобно и укачивало, так что контраст не мог не радовать. Марио вообще не доводилось путешествовать по воздуху, и сейчас он был возбужден не меньше Сюзи, хотя и пытался это скрыть.
Томми великодушно уступил ему место у иллюминатора — все равно внизу не на что было смотреть — а сам попытался уснуть.
Спустя несколько часов Сюзи, устав сидеть на коленях Стеллы, начала ерзать и жаловаться. Марио, повернувшись, предложил:
— Хочешь, я ее подержу? Эй, Сюзи, посидишь с Бэббу?
— Ой, спасибо, Мэтт. Она такая тяжелая, что у меня ноги замлели. На самом деле ей надо поспать.
Подошла стюардесса.
— Если хотите, можете положить ее на свободное сиденье, миссис Гарднер.
Сюзи уложили, накрыли одеялом, и Марио сказал:
— Давай поменяемся местами, Стелла. Мы с Джонни хотели поговорить про контракт.
— Ага, мне все-таки интересно, как вы выбили из Мейсона место в титрах, — поддакнул Джонни. — Насколько я знаю парня, это была та еще задачка.
Стелла скользнула на место Марио и спросила Томми.
— Ты раньше летал?
— Один раз, в армии, и это точно был не первый класс. Никаких стюардесс с бесплатными напитками и хорошей едой, готовых появиться по первому требованию. Только двое сержантов, раздающих пайки, и медик с таблетками от укачивания. А здесь классно. Тебе нравится?
— Неплохо, но только ради новых впечатлений. Не хотела бы все время летать.
Шум режет уши и посмотреть совсем не на что. Неудивительно, что Сюзи капризничает. Джонни говорит, что когда-нибудь люди будут путешествовать на самолетах так же, как сейчас на поездах. Но я в это не верю. По-моему, окрестности лучше осматривать с земли. А то мы уже долетели до Техаса и ничего не увидели, кроме облаков.
— Ну, насколько я помню, внизу тоже ничего интересного. Перекати-поле, кактусы… И небо.
— Зато можно вести машину, — робко возразила Стелла. — И разогнаться, если машина хорошая. Там ровные дороги и мало транспорта. Когда у меня был MG, я любила кататься.
— Я тоже.
Томми подумал, что Стелла, наверное, оценила бы ралли, на которое водил его Барт.
— Зачем вы продали MG? Он нравился мне больше, чем ваш теперешний Кадиллак.
— Нам пришлось продать его, когда я попала в больницу. А когда мы снова смогли позволить себе машину, Джонни решил купить что-нибудь более впечатляющее. В мире шоу-бизнеса людей судят по тому, на какой машине они ездят.
— MG достаточно впечатляющий автомобиль, — заметил Томми.
Стелла покачала головой.
— Не в том смысле впечатляющий. Престижный, роскошный…
— Ясно. Мы с Мэттом тоже спорим по этому поводу. Он хочет машину, которую легко водить — с его запястьем ему в самом деле такая нужна. Так что он за автоматическую коробку передач. А я отвечаю, что не взял бы коробку-автомат, даже если бы мне вручили Линкольн Континенталь, перевязанный ленточкой. Мне нравится именно водить. Так что я подумываю продать мой Крайслер, купить Мэтту, что он хочет, а себе взять MG или подержанный Фиат.