— Сможешь, Стелла? — позвал Джонни.
— Посмотрим, — с надменным кивком Папаша передал Стелле перекладину: — Вперед!
Она сошла с мостика, слегка выгнувшись, потом подтянулась. В конце кача бросила себя через перекладину, извернулась, и Джонни поймал ее за лодыжки.
Взмахнув руками, Стелла неловко прогнулась в талии.
— Зад втяни! — посоветовала Лисс с пола.
— Грязно! — гаркнул Папаша Тони. — У тебя спина или опилки?
Джонни перехватил Стеллу за руки, но эффект от трюка был испорчен. Когда девушка вернулась на мостик, Папаша фыркнул.
— Попробуй еще раз, — вот и все, что он сказал, но Томми заметил, как Марио и Лисс обменялись быстрыми улыбками.
От Джонни это тоже не укрылось.
— Зато у нее вышло с первой попытки, — крикнул он. — Так что не изображай чеширского кота, детка, а то ведь я помню, как кое у кого не получилось!
Стелла прыгнула снова, и снова Джонни поймал ее за лодыжки.
— Жди высокой точки кача… жди… — подсказывал Папаша Тони. — Давай!
На этот раз движение вышло куда более гладким, без заминок и рывков.
— Уже лучше, но все равно болтаешься, как тряпичная кукла! — прокомментировал Папаша Тони.
Стелла высвободилась, полетела обратно к трапеции, но пальцы соскользнули, и она упала.
— Переворачивайся! — закричали Марио, Томми и Лисс хором.
Девушка перевернулась на спину и ушла глубоко в сеть.
— Вставай, вставай! — бесновался Папаша Тони. — Даже на мостик вернуться не в состоянии!
Над головой Томми Лисс, наклонившись, шепнула Марио:
— Передовая Школа Полетов во всей своей красе, да?
— Рада, что избавилась?
Ответа Томми не услышал. Брат и сестра тихо заспорили, а Стелла полезла по лестнице — делать третью попытку.
— Нет, нет, нет, нет! — вдруг взорвался Папаша Тони во всю силу своих недюжинных легких. — Dio mio, ragazza, ты сломаешь руки или себе, или Джонни!
Слезай, кукла, начиненная опилками! Убирайся с мостика! Убирайся из зала! Мое терпение лопнуло! Пошла вон, пока не свернула свою глупую шею! Ты можешь хотя бы в сеть кувыркнуться, не переломав все кости в своем неуклюжем теле? А хоть и ломай, горевать никто не будет! Или полезешь по лестнице, выставив задницу, как слониха в ванне? Убирайся! Прочь! Научись держать перекладину, прежде чем возвращаться сюда! Элисса!
— Да, Папаша? — вздрогнула Лисс.
— Лезь на мостик и подержи для меня стропы! Дэвид, Дэвид… плевать на этого Дэвида, я сам с ним разберусь! Эта… эта марионетка сейчас слезы лить начнет!
Слезай, Стелла, чего стоишь? Ждешь, пока крылья вырастут?
Девушка нырнула в сеть, сделав кувырок. Приземлилась она точно на спину, но Томми услышал, как сбилось ее дыхание.
— Стел, ты как? — позвал Джонни.
— Нормально, — Стелла вылезла из сетки и, поморщившись, посмотрела на большой ожог у локтя.
— У меня тоже такое было, — бросила Лисс, взявшись на лестницу. — Ты выставляешь локоть, а это самый верный способ вывихнуть плечо. Когда падаешь, прижимай локти и катись, а не тормози, — начав подъем, она небрежно добавила: — Если жжет, в раздевалке есть мазь.
— Элисса, я жду! — рявкнул Папаша Тони. — Удели мне каплю внимания, будь так добра!
Томми проводил ее глазами.
— Дэвид сменил гнев на милость?
Марио дернул губой.
— Люсия поговорила с ним. Лисс честно пообещала не летать, и он расщедрился: разрешил ей приходить сюда и держать для нас стропы.
Подобрав свитер Джонни, который Стелла использовала в качестве накидки, Томми пошел за девушкой. Та стояла посреди раздевалки, маленькая и какая-то потерянная, мокрые волосы выбивались из-под обруча. Приподняв локоть, Стелла осторожно ощупывала красную отметину.
Томми закрыл тяжелую дверь.
— Держи, Стел, а то простудишься.
Набросив свитер ей на плечи, он почувствовал, как она дрожит.
— Почему они не отапливают зал? — проговорила девушка.
— Теплый воздух поднимается вверх. К тому времени, как на полу будет более или менее нормально, мы все задохнемся на аппарате. Болит локоть?
Стелла бросила на ранку безразличный взгляд, однако Томми заметил, как девушка старается не задевать пострадавшее место тканью свитера.
— Пара дюймов ссаженной кожи — не страшно.
— Давай намажу, — Томми вытащил аптечку и усадил девушку на лавку.
Она не говорила и даже не поднимала глаз, пока он выдавливал мазь из тюбика и смазывал ожог. Чтобы наложить повязку, Томми пришлось самому поднимать и поворачивать ее локоть. Закрепив бинт пластырем, он сказал: