Но она не проронила ни звука. Дело было даже не в сбитом дыхании, просто откуда-то пришла уверенность: «Крикнешь – и он прыгнет». Яна в этом не сомневалась.
Вот сейчас она подбежит к нему, обхватит острые колени, торчащие из драных джинсов, поймает горячую ладонь. Схватить покрепче, повалить на мокрый асфальт, оттащить прочь от перил – а потом будь что будет! Пусть кричит на нее, проклинает последними словами, пусть даже ударит. Все это будет уже неважно. Она успеет – вот что главное.
За десять шагов Яна остановилась как вкопанная, словно с размаху налетела на невидимую стену.
«Ни шагу вперед!» – шепнул холодный голос в голове.
Сид балансировал на перилах, небрежно придерживаясь кончиками пальцев за трос ванта над головой. Он очень сильно шатался: сильнее, чем от любого штормового ветра. Было вообще непонятно, как он держится, почему гладкие подошвы кедов не соскальзывают с мокрой стали перил.
Яна упреждающе выбросила вперед руку. Конечно, это было бесполезно, их разделяло не меньше пяти метров.
– Бэби?! Салют!
Хмельной голос прозвучал непристойно громко и весело, он без труда перекрыл шум ветра.
Сид скалился в широкой ухмылке, изо рта клубами валил пар. Он небрежно кивнул Яне, их взгляды встретились – и она задохнулась от ужаса.
Она уже видела похожий взгляд. Далеким летом, в самолете над сладко пахнущим полем, за секунду до прыжка в пустоту.
Тогда в нем плескалось абсолютное безумие. Не кураж, не отвага спятившего адреналинщика и даже не минутный бездумный порыв. То было абсолютное, всепоглощающее безумие, сидящее где-то в глубине и вот теперь рвущееся наружу со дна точек-зрачков. Паника, пережитая полгода назад (а кажется, что вечность!), надежно загнанная в дальние закоулки памяти, взметнулась жалким отголоском… И тут же замерла.
Потому что все это не шло ни в какое сравнение с тем, что Яна увидела сейчас.
Потому что теперь это не было взглядом безумца. Живой человек вообще не мог смотреть так. Желтый огонь, рвущийся из-под застывшей маски сломанной куклы, – сегодня ночью Сид выпустил наружу всех своих демонов.
– Не надо, – хрипло выдохнула Яна.
Сид уже принял все решения. Он смотрел куда-то поверх ее головы, едва ли видя подругу.
Она уронила вытянутую вперед руку. Все было бесполезно. Яна проиграла бой, даже не успев его начать. Она уже ничего не может сделать. Да и могла ли хоть когда-то? Жалкий безгласный свидетель – вот и все, чем она всегда оставалась.
Яна беспомощно всхлипнула.
Сид расхохотался и выкрикнул:
– Не плачь, бэби! Не плачь!!! Смотри, как я могу!
Он отпустил трос ванта и взмахнул руками, ловя шаткое равновесие. Налетел очередной порыв ветра, Сид покачнулся, но устоял и издал победный вопль.
– Видела?!
Яна начала беззвучно молиться. Это она еще могла.
«Не дай ему сорваться! Помоги…»
Сид снова схватился за трос – но лишь для того, чтобы рвануться вперед, сделать обманный бросок.
«Если ты есть – спаси его. Спаси эту обезумевшую душу».
– Испугалась?! Не бойся, смотри!
Сид хохотал во все горло, отплясывая на перилах безумный танец смертника. Неверное движение, и его нога соскользнула с перил, а за ней и вторая. Он повис на одной руке, дурашливо болтая ногами в воздухе.
– Видишь, бэби?! Я бессмертный!!! А ты боялась!
«Я люблю его. Спаси его. Если можно».
Очередной взрыв безумного хохота вырвался из груди Сида, но оборвался на середине, перешел в сдавленный полустон-полурыдание.
Яна распахнула глаза и подалась вперед. Сид все так же балансировал на самом краю перил: стоял спиной, пряча от нее лицо. Она больше не понимала, плачет он или смеется.
«Иди. Теперь можно», – прошелестел тихий голос в голове.
Не веря своему счастью, она сделала осторожный шаг, затем еще один. Медленно-медленно, словно пробираясь по глубокой трясине, она ползла вперед.
– Сид…
Яна окликнула его ласково и несмело, мягко вытянула руки. Теперь их разделяло не больше двух метров. Сид вздрогнул, дернулся как от удара, но не обернулся. Яна продолжила идти вперед.
Еще минута – и ее ладонь коснулась его руки, висящей, словно плеть. На нее дохнуло вонью дешевого алкоголя.
«Осторожно», – шепнул голос.
Яна замерла.
– Иди ко мне. Пожалуйста.
Она робко потянула его за руку, прижала ледяную ладонь к своей раскрасневшейся щеке. Сид чуть подался назад и вниз.
Сердце обрадованно колотилось у самого горла, но Яна не давала ему воли. Радоваться было пока рано.