– Спасибо, – ответила она ровным приветливым голосом. – Я сейчас, только душ приму по-быстрому, хорошо?
– Как скажешь, – Сид послал ей еще одну улыбку и скрылся за ракушечной занавеской.
Горячий душ быстро привел Яну в норму. Стоя под обжигающими струями, она жмурилась и ощущала, как одна за другой расслабляются мышцы. Она твердо решила не рассказывать Сиду о произошедшем. Выкинуть бы этот день из памяти, и дело с концом… Только вот перед глазами снова замаячила одинокая плесневелая горбушка хлеба на подоконнике.
В комнате горели свечи, на столе красовалось блюдо с гренками в соусе и пара дымящихся кружек с чаем. Запах от гренок шел отменнейший. Яна отбросила все сомнения и с аппетитом налетела на еду.
– Ну как? – улыбнулся Сид.
– Отлично! – просияла Яна с набитым ртом. – Повкуснее любой заказной пиццы будет!
– Рад, – Сид разразился довольным смехом. – Ну а собеседование как?
Яна перестала жевать. Аппетит мгновенно пропал. Но Сид выжидающе смотрел на нее, нужно было что-то говорить.
Усилием воли Яна заставила себя проглотить кусок и бодро улыбнулась:
– Да отличное место – администратор в фотостудию. Думаю на днях приступить.
– Правда? – Сид заметно оживился. – Вот это класс! Умница моя!
Он потянулся к ней через стол и поцеловал прямо в жирные губы. Яна в замешательстве отвернулась.
Со стены на нее смотрел печально-сиреневыми глазами Мигель.
– Молодец… Ты делаешь это ради нас всех… – неслышно прошелестел олень.
Яна выдавила из себя улыбку и потянулась за следующей гренкой. Она все делает правильно. Нужно только не сомневаться.
– Где тебя носит?!
Сид поморщился от визгливого окрика.
Администратор – грузная баба с зализанными волосами и намалеванными под невообразимым углом бровями – стояла поперек коридора, угрожающе пялясь на него сверху вниз.
«Да чтоб тебе пусто было, тварь нетраханая!»
– Все под контролем, шеф, я курить ходил, – лучезарно улыбнулся Сид.
– Значит, так. Я тебе не «шеф», а Тамара – это раз, – кошмарные брови насупились над сморщенным носом. – Два – белье накопилось, давай поживее.
Сид покосился на приоткрытую дверь подсобки. Гладильная доска и правда была завалена белоснежными хрустящими скатертями и салфетками. Похоже, там часа на полтора работы, не меньше. Он примирительно улыбнулся:
– О’кей, уже мчу.
– И имей в виду, – администратор сузила глаза, и без того утопающие в жирных щеках. – Еще раз увижу тебя без фартука, выписываю штраф. И мне плевать, что мы в подсобке – ты все равно на работе.
– Так точно, шеф, – Сид с издевкой поклонился и не спеша, нога за ногу поплелся к гладильной доске.
Если бы на свете был ад, то он выглядел бы именно так: бесконечная гора белых простыней и плюющийся паром утюг в каморке без вентиляции. И, конечно, еще надзиратель с кошмарными бровями.
Шел четвертый день стажировки Сида. Но кто же знал, что официант и бармен – это настолько разные профессии? Зато ресторан хороший, и чаевые наверняка будут сытными…
– Ничего-о-о, прорвемся, – тихонько выдохнул Сид.
Когда он наконец вывалился из раскаленной добела подсобки, прошло не меньше двух часов. Сид с наслаждением представил, как сейчас окунется в сырой холод бетонного дворика, куда выходил черный вход ресторана, – самое время перекурить!
– Эй, новенький! Сюда пойди. – Окрик застиг его врасплох, когда он уже держался за ручку двери.
Звала официантка – в сущности, уменьшенная копия администратора, разве что брови потоньше да зубы покривее.
– Сейчас, – примирительно поднял руку Сид. – У меня брейк на пару минут.
– А я сказала – сейчас! – прикрикнула девица.
Сид философски вздохнул. Все равно ведь не отвяжется. Он шагнул обратно в коридор.
– Ну?
Кривозубая торжествующе хмыкнула.
– За мной иди.
На кухне было шумно и чуть ли не жарче, чем в подсобке, весь пол – в грязных лужах. Они остановились у мойки.
– Вот это что такое?! – толстый белый палец официантки уткнулся в ящик со столовыми приборами.
Сид перегнулся через ее плечо и придирчиво изучил содержимое ящика.
– Это ложка. И что?
Девица зашипела, выпустив воздух сквозь щель между зубами. Видимо, это должно было означать крайнюю степень раздражения.
– Остроумный, да? Ну-ну, – толстое лицо официантки побледнело от бешенства. – Тебя учили приборы протирать, чтобы ни единого пятнышка от воды? Учили! Так вот, я тебя спрашиваю, это что?!